Елена (ljwanderer) wrote,
Елена
ljwanderer

Богатая Россия. Роскошь

И наконец, несколько слов о вложении средств в предметы роскоши.
Здесь российские магнаты вовсю демонстрировали широту своей натуры.
И хозяева "старых денег", и нувориши истово служили культу роскоши, который начал складываться еще в XVIII веке. Кстати, ностальгией по роскоши впоследствии были пропитаны все переживания русской эмиграции.


Гости на званом обеде, 1900-е Булла

Министр императорского двора генерал Мосолов, ведавший всеми придворными церемониями, вспоминая балы и светские приемы великолепного Петербурга, уже в 1930-х годах писал:

"Я участвовал в балах трех царствований... Дамы должны быть в "русских" платьях со шлейфами. Платья и кокошник, само собою разумеется, могут быть украшены драгоценными камнями в зависимости от степени богатства соответственной особы. В этом отношении приведу как пример, который меня как-то поразил, госпожу Зиновьеву, жену предводителя дворянства одного из уездов Петроградской губернии: она носила в виде пуговиц девять или десять изумрудов, величиной каждый с голубиное яйцо". Восхищение Мосолова вызвал также бальный наряд некой генеральши: "Платье с пальетками облегает ее как статую. Диадема в два ряда крупных бриллиантов ("павэ") украшает ее русые волосы. На лбу сверкает бриллиант. Бриллиантовое ожерелье, декольте окружено цепочкой с большим цветком из тех же камней на спине, другие две цепи бриллиантов брошены через плечи и сходятся у броши, приколотой у пояса, кольца и браслеты с бриллиантами".

Подводя итог своим воспоминаниям, генерал-министр писал:

"Когда я смотрю фильмы, изготовленные в Голливуде и изображающие будто бы "великолепие" русского двора, мне хочется смеяться".

От петербургской титулованной знати не отставало и московское купечество. К примеру, дочь текстильного фабриканта Сергея Ивановича Щукина Екатерина, известная своими экстравагантными выходками, "самозабвенно отдавалась очередному капризу парижской моды": "Однажды она вставила вместо своих великолепных зубов две золотые коронки с большими бриллиантами, ослепительно сверкавшими и переливавшимися при улыбке". 

Российская элита в конце XIX – начале ХХ века стремилась переустроить по европейским эталонам свои дворцы, особняки, усадьбы. Сродни роскоши платья была и роскошь жилища.
 

 


 

Здесь и далее - интерьеры одного из трех особняков семейства фон Дервизов на Английской набережной в Санкт-Петербурге.


В Петербурге в 1910-е годы образцом вкуса среди золотой молодежи считалась квартира сына директора Петербургского Международного банка и председателя правления "Всеобщей компании электричества" Ефима Григорьевича Шайкевича – Анатолия. Анатолий Шайкевич, окончивший два факультета университета, досконально знал искусство и философию и, по словам современницы, "был блестящим собеседником, эгоистом и игроком", "запомнил и изучил каждый камень Италии".
 
 


 



В квартире на Кронверкском проспекте (дом 5) одна гостиная была обставлена антикварной мебелью карельской березы в стиле ампир, изготовленной в конце XVIII века. На столике лежала подлинная "вещица", принадлежавшая Пушкину. В другой гостиной – мебель венецианской работы начала XVIII века "из перламутра, ракушек и позолоченного резного дерева". Кабинет хозяина был обставлен итальянской мебелью XVII века, а столовая – мебелью красного дерева голландской работы и времени Петра I. Пройдя зимний сад и библиотеку, гости попадали в спальню, в которой стояла мебель, когда-то принадлежавшая императрице Екатерине II. Рядом со спальней находилась мраморная ванная в античном стиле – с мозаичными полами и стенами; вода текла "прямо из стены – из пасти льва, увенчанной позолоченными кранами". Из окон ванной открывался вид на Неву и Летний сад на другом ее берегу. Главным богатством хозяина была коллекция картин итальянских и голландских мастеров, в числе которых имелось полотно Джорджоне.
 

 


 



О коллекциях предметов искусства, собранных российской элитой, пожалуй, сейчас известно больше всего. Благодаря московским миллионерам-текстильщикам Ивану Морозову и Сергею Щукину в России оказалось одно из лучших в мире собраний французских импрессионистов. Морозов и Щукин покупали картины в Париже у самих авторов – Гогена, Сезанна и Матисса. Анри Матисс, писавший по заказу панно для особняка Щукина на Знаменке, был приглашен своим заказчиком в Москву. Из Москвы художник писал приятелю во Францию: "Как шикарно жить в Москве! Здесь кутят с вечера до утра, это жизнь – настоящая жизнь. Благодаря этому у города есть свое лицо и образ примитивный, совершенно прекрасный и даже немного дикий".
 

 


 



Менее известно о коллекциях старинных музыкальных инструментов, а ведь до 1917 года их в Москве было несколько, и все мирового класса. Стоимость скрипки Страдивари в начале ХХ века могла доходить до 20 тысяч рублей (при стоимости автомобиля 6 тысяч).
 

 


 



Владелец текстильных предприятий в Серпухове, московский миллионер Константин Владимирович Третьяков был выдающимся коллекционером скрипок итальянской работы, в том числе изготовленных Страдивари и Амати. После смерти Третьякова в 1908 году по его завещанию коллекция была передана в дар Московской консерватории и в 1919 году составила основу Государственной коллекции уникальных музыкальных инструментов. Итальянские скрипки собирал и московский купец Павел Васильевич Зубов.
 

 


 



Коллекционирование сочеталось с серьезным музицированием: маклер по хлопку и директор Московского торгово-промышленного товарищества Роман Васильевич Живаго приобрел для своих музыкальных занятий скрипку Страдивари, а мануфактур-советник, член Государственной думы (в 1917 году – министр торговли и промышленности во Временном правительстве) Александр Иванович Коновалов – скрипку работы Амати.
 

Использование трех основных видов собственности (недвижимость, капиталы в ценных бумагах, произведения искусства) говорит о том, что российская деловая элита предпочитала комбинировать формы собственности, создавая своеобразный страховой фонд. Диверсификация собственности призвана была обезопасить имущество от возможных политических кризисов и колебаний экономической конъюнктуры. 
 

И еще, френд Скараманга прислал цитату по теме:


«На Невском располагались самые дорогие и фешенебельные магазины… Товары были в большинстве случаев заграничные… Даже русские товары стремились выдать за иностранные: фирма Елисеева ввозила, рассказывали, в год 10 000 вёдер заграничных вин, а продавала 1 000 000. Ввозили ткани, мебель, посуду, хрусталь, ковры, люстры, мелкую галантерею, всякую ерунду, вплоть до фиалок из Ниццы и тюльпанов из Голландии. Дамы заказывали туалеты и бельё в Париже…

Роскошь была рассчитана … на барские прихоти и щёгольское хвастовство: «Этот галстук я купил во французском магазине!» …Даже клозетные унитазы ввозили из Англии. На них, внутри, было очень плохое изображение британского льва и гордая надпись: «Правь, Британия».

Григорьев М.А. Петербург 1910-х годов. Прогулки в прошлое



 

 

Tags: Богатая Россия, История России, Купечество, Экономика
Subscribe

  • Гувер о России

    Заключительная часть цикла " Читая Гувера". Обратите внимание, как Гувер перекладывает ответственность за агрессию на французов и…

  • О Российской Империи

    В доме русского почт­мейстера меня ждали гостеприимство и прекрасно накрытый чайный стол. Я редко встречала людей, от которых бы веяло силой и…

  • О корейской армии и русских инструкторах

    Вот как об этом рассказывает в своей статье Роберт Нефф . В конце 19 века Корея была в процессе модернизации, и корейские военные не были…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments