Елена (ljwanderer) wrote,
Елена
ljwanderer

Categories:

Герберт Гувер. Размышления о мире

Начало - здесь
Как известно, Парижская мирная конференция, созванная державами-победительницами в Первой мировой войне для выработки и подписания мирных договоров с побеждёнными государствами, проходила в период с 1919 по 1920 гг.. Проблемы послевоенного устройства мира на конференции решала так называемая «Большая четвёрка» лидеров Великих держав. Решения четверка принимала без участия представителей от России.


«Большая четвёрка» в Париже: Дэвид Ллойд Джордж, Витторио Орландо,
Жорж Клемансо и Вудро Вильсон (27 мая 1919)
.
В 1918 году по инициативе Вильсона и при поддержке старшего партнера банка JPMorgan Т. Ламонта была организована группа специалистов по внешнеполитическим проблемам под названием «Исследование» (The Inquiry), её задачей была разработка позиции США на мирной конференции, которая должна была подвести итог Первой мировой войне. В ее составе было около 150 ученых, возглавил ее советник президента Эдвард Хауз.


Эдвард Мандел Хауз(1858-1938)
— американский политик, дипломат, советник президента Вудро Вильсона,
известен под прозвищем «полковник Хауз», хотя к армии США отношения не имел.
Известно его
высказывание о России (дневник от 19 сентября 1918 г.):
«…остальной мир будет жить спокойнее, если вместо огромной России
в мире будут четыре России.
Одна — Сибирь, а остальные — поделенная европейская часть страны».
.
Группа "Исследование" должна была разработать различные рекомендации для исследуемых стран. При исследовании России в качестве эксперта был приглашен известный в этом журнале Фрэнк А. Голдер, профессор истории Вашингтонского государственного университета, совершивший несколько путешествий в Россию, выполняя функции переводчика, информатора, советника при различных американских комиссиях, совмещая все это с работой историка.

Вот какие рекомендации внесла группа по поводу России без каких-либо мнения самой России.

Если Россия сможет стать федеративным и демократическим государством ( то есть, если к власти придут  сторонники американского либерального пути) , страны Балтии (за возможным исключением Литвы) и Украину следует поощрять к воссоединению с Россией, так как это послужит экономическим целям и интересы всех участников.

Однако, если контроль над Россией сохранят большевики, следует признать независимость стран Балтии и Украины.

Предложенные границы Украины, Латвии и Эстонии были очень похожи на границы, с которыми эти страны оказались после 1991 года.

Предлагалось отдать  Украине Крым.

Финляндии предлагалось дать независимости, но она должна была передать Швеции Аландские острова.

Рекомендовалось создать независимую Польшу из всех бесспорно польских территорий, при этом Литве рекомендовалось объединиться с Польшей, а  также создать польский коридор. Предполагалась также аннексия Польшей восточной Галиции и территорий к северу от нее с белорусским большинством

На Кавказе предлагалось предоставить независимость Армении и временную независимость Грузии и Азербайджану для дальнейшего их объединения этих стран в союз.
Вот с такого рода радикальными предложениями по переустройству мира члены группы в составе 21 человека вошли в состав Американской комиссии по переговорам о мире, которая под руководством госсекретаря Роберта Лансинга, сопровождая Вудро Вильсона, в январе 1919 отправилась на Парижскую мирную конференцию.
.
Woodrow Wilson-H&E.jpg
То́мас Ву́дро Ви́льсон (18561924)
— 28-й президент США (1913—1921). Известен также как историк и политолог.
Лауреат Нобелевской премии мира 1919 года, присуждённой ему за миротворческие усилия.

.
Отрывки из воспоминаний Герберта Гувера

Я не был членом Американской миротворческой миссии, состоящей из пяти человек. Я имел дело с  реальностями, которые были снаружи ...[имеется в виду работа по продовольственной помощи]
Американская миротворческая миссия состояла из вспомогательных подразделений, которыми командовали люди в основном академического образования. Они были хорошими людьми, но в Америке было мало людей с опытом.

Моя организация по необходимости имела больше контактов с тем, что в настоящее время происходило в Европе, чем любая из мирных делегаций. У меня также были идеи относительно природы мира.

Моя миссия имела большое политическое значение, помимо трансцендентной цели остановить поток человеческих страданий, спасти миллионы жизней от голода; предотвратить карликовое и умственно отсталое поколение детей и принять меры по восстановлению.

Моя работа заключалась в защите хрупких ростков демократии в Европе от разрушительных взрывов времени и их возможных последствий- безработицы, анархии или коммунизма.
Единственной надеждой на
то, чтобы во всем мире был  мир, была поддержка представительного правительства. Тогда  социальные и политические системы, скорее всего, будут ориентированы на мир, а не на войну. А коммунизм был той ямой, в которую все правительства рисковали пасть, когда их обезумевшие народы были загнаны всадниками голода и моровой язвы.

Я был одним из немногих людей в окружении президента Вильсона в Вашингтоне, которые отрицательно ответили на его вопрос, следует ли ему ехать в Европу и лично возглавить американскую делегацию.

Полковник Хаус, который был глубоко ознакомлен с картиной Европы, также советовал не ехать, как это сделали госсекретарь Лансинг и Бернард Барух. Не зная взглядов друг друга, мы все советовали ему остаться, он мог бы быть эффективнее, используя  громовую и свободную кафедру Белого дома.
Однако он верил и продолжал верить, что может принести «новый порядок» из Нового Света в Старый Свет.

Слова «новый порядок», «справедливость», «право», «разум» постоянно звучали у него на устах. Он считал, что у него есть моральная сила навязать этот новый порядок восприимчивой Европе и что он устранит основные причины непрекращающихся войн. Он чувствовал, что только на месте он мог убедиться в успешности этой миссии.


Мистер Вильсон мало знал о людях, с которыми ему придется иметь дело, и о силах, которые их контролировали ...С перемирием весь американский народ был полон больших надежд на то, что пришло время, когда будет заключен прочный мир, что он положит конец всем войнам и, установив представительные правительства на земле, обеспечит этот мир. Мы боролись не столько  за то, чтобы победить Германию, сколько за то, чтобы положить конец агрессии и войне. Для американцев это был крестовый поход за свободу человечества ... этот идеализм американского народа и представлял президент Вильсон.

***

...быстро проявилась определенная позиция доминирующих европейских государственных деятелей.
В целом они считали, что мы действительно мало участвовали в войне; что американский народ не принес сопоставимых кровавых жертв; что американцы были глупым народом, поддающимся наивной пропаганде союзников; что президент Вильсон был недальновидным идеалистом... Их целью была защита себя и своих Империй, что было гораздо менее благородно, чем спасение человечества.

Обнищание своих стран в результате войны заставляло их искать все экономические преимущества, каждый клочок эксплуатируемой территории, которые могли бы принести облегчение их собственному народу. Они думали, что в Соединенных Штатах можно получить дополнительные экономические выгоды, и поэтому продолжали пустословить и лстить. Они устанавливали различные планы действий, решительно избегая всякого американского глупого идеализма.

***

ПОЧЕМУ АМЕРИКА НЕ МОЖЕТ СОЗДАТЬ МИР В ЕВРОПЕ
.
Так называется целая глава, Гувер рассуждает в ней о том, почему американцы не смогут добиться мира. Конечно, не потому что американцам что-то не под силу, а потому что мир вокруг Америки несовершенен.
Обвиняя Вильсона в идеализме, Гувер сам продолжает поддерживать и развивать в мессианское  убеждение американской элиты о том, что только ей известен прогрессивный путь, по которому человечество сможет прийти к светлому будущему.
Во время чтения невозможно не удивляться тому, как быстро эта правящая элита в условиях развитого капитализма, либерализма и демократии, так не хватающих критикуемой ипмпериалистической Европе,  превратила прогрессивно мыслящую страну в такого же империалистического агрессора мирового масштаба.


Я пришел .. к одному абсолютному убеждению: Америка с ее организационными навыками и доблестью своих сыновей может выиграть великие войны. Но она не может установить прочный мир. Я убедился, что мы должны держаться подальше от войн Старого Света, принимать меры по предотвращению войны, поддержанию мира и залечиванию ран войны.

Я пришел к  выводу, что непримиримые противоречия в концепциях и историческом опыте Нового и Старого Света проникли в самые глубины наших международных отношений, правительства, социальной и экономической жизни.

Это противостояние случалось ежедневно во время войны, перемирия и в суматохе заключения мира. Эти два мира действительно были незнакомы друг другу. На протяжении трехсот лет мы отдалялись все дальше и дальше. Действительно, отход был значительнее этого числа лет, поскольку наши предки бежали из Европы из-за того, что они уже выступали против ее идей о религии и свободе.
***
В течение сотен лет европейские страны страдали от соперничества и конфликтов из-за своих владений и экспансий. Они полагались и неизбежно должны продолжать полагаться на военную мощь, военные союзы, «баланс сил» и силовую политику для защиты своих владений.
***
У народов Нового Света не было Империй или духа Империи. С обильными ресурсами и малочисленностью населения империализм не испытывал давления со стороны населения и не вдохновлял его. Действительно, с помощью доктрины Монро мы остановили экспансию европейских империй в Западном полушарии.

Испано-американской войной мы освободили Кубу и Филиппины от Испании. Мы установили независимость Кубы и делали это для Филиппин.

***
За 160 лет национальной жизни мы познали ценности независимости народов. Мы гордились благословениями свободы, проистекающими из нее. Естественно, мы пожелали их всем остальным народам. Мы инстинктивно сочувствовали каждой нации, борющейся за эти идеалы.

У нас была концепция «самоопределения» и свободы государств, построенных на национальных границах. Все это было далеким от идей Старого Света в этой области и приводило к постоянному конфликту в подходе к его проблемам мира.

Границы смешанного населения в Европе - «ирредентас» - веками были ареной постоянного волнения и конфликтов. В каждом из государств отдельные граждане отделены от своего отечества. Доминирующее правительство неустанно стремилось навязать этим меньшинствам свой национальный язык и обычаи. Их призывы к симпатиям своих расовых братьев через границы непрестанно вызывали новые противоречия. Эти границы менялись с каждой войной, и конфликты вспыхивали на новых территориях.

«Ирредентас» вознаграждались из соображений целесообразности или часто по милости за союзничество. Во многих случаях наши идеи «самоопределения» вступали в острый конфликт, и американский народ постоянно находился под влиянием призывов этих меньшинств.


...европейский континент переживает еще один постоянный опыт, чуждый Соединенным Штатам. Из-за политического давления, страданий, революций и амбиций людей ему приходилось терпеть периодические приходы воинствующих диктаторов, которые сразу же угрожали миру....

С Первой мировой войной в Европе были заложены новые взрывчатые вещества. Коммунизм и социализм...Эти инфекции со своей пропагандой и собственно боевыми организациями усилили распад, начатый войной. Эти европейские инфекции, рожденные невзгодами, распространились в США"


Существуют различия и в устройстве европейской власти и экономике, рассказывает Гувер.
В Европе правят аристократы, власть слишком централизована, разделения власти, а в Америке - федерализация, либерализация, демократия. В европейской экономике  правит олигархия, в то время, как в Америке росту олигархата препятствуют антимонопольные законы. К тому же, американцам нет необходимости воевать.

Мы в Новом Свете были незнакомы с унаследованной от Старого Света ненавистью, его завистью и постоянным страхом перед военным вторжением. Мы никогда не боялись военного нападения.
По эту сторону океана не было постоянных национальных нарушений и, следовательно, национальной ненависти.

У нас была армия мирного времени, состоящая только из полицейских, и это без воинской повинности. У нас был скромный военно-морской флот, в основном для того, чтобы вызывать уважение к нашим гражданам, занятым  мирными целями за границей.

***
Практика империализма, его экспансия и защита, вместе с постоянно вызывающими тревогу "ирредентами", страхами перед агрессией, диктаторами и трениями в целом, сделали "силовую политику", "баланс сил" и военные союзы национальной необходимостью для крупных наций Европы.

Долг европейских государственных деятелей доброй воли состоит в том, чтобы постоянно участвовать в искусной силовой политике, с помощью которой сдерживается агрессия и ослабляются злые силы, в надежде, что хрупкий мир можно продлить еще немного. Это деликатная работа, в которой национальная честь и приверженность соглашению любого из них постоянно приносятся в жертву целесообразности и самосохранению.

Мы были плохо адаптированы или подготовлены к тому, чтобы успешно заниматься этими практиками или даже понимать их....

Наше правительство с его меняющейся администрацией и политикой не позволяет нам развивать опытный персонал, который мог бы это знать. С нашими меняющимися выборами у нас никогда не будет преемственности во внешней политике, в соответствии с которой такие люди могли бы действовать с уверенностью в этих областях, если бы они знали.

Более того, мы состоим из этих многих европейских национальностей, каждая из которых сохраняет некоторую долю симпатии к своему происхождению, которая оказывает омрачающее влияние на объективные действия.

Чтобы успешно участвовать во внешней политике силы, мы должны стать кем-то другим, а не свободным народом, как мы это себе представляем.
***
Слишком многие американцы не осознают, до какой степени наши идеи и наш образ жизни отдалились от Европы за эти триста лет разлуки. ...

На них сильно повлияли великолепные европейские города, исторические соборы, искусство, музыка, литература, великие университеты, памятники человеческого героизма и прогресса. ... от каждой страны - Англии, Германии, Франции, России и всех остальных  мы получили великолепное наследие человеческой мысли. Но  американцы слишком часто не замечают гигантских взрывных сил...

Реальность такова, что существует двадцать шесть национальностей с населением 400000000 человек, живущих плечо к плечу на территории, составляющей две трети территории Соединенных Штатов. В них глубоко укоренились племенные инстинкты национализма, империализма, вековой ненависти, воспоминания о глубоких заблуждениях, яростном недоверии и непреодолимых страхах. Существуют конфликты религии и расового преследования. И перед мировой войной эти силы получили дополнительное возбуждение от новых жестоких идеологий.

Эти противоречия в концепциях, этот опыт заключения договоров должен показать, насколько невозможно для Америки решить проблемы Европы.
В общем, силы, которые стояли за отказом от американских идей в Париже, были гораздо глубже, чем происки дипломатии или слабости европейских государственных деятелей. Здесь произошло столкновение цивилизаций, разошедшихся на триста лет друг от друга. Идеализм западного мира столкнулся с глубокими силами Европы с ее национальными нравами и мрачными потребностями этих двадцати шести национальностей.
Tags: 1919, Гувер(Герберт), Читая Гувера
Subscribe

Posts from This Journal “Гувер(Герберт)” Tag

  • 7. Делец

    «Он получил диплом по геологии и стал горным инженером, работая над широким спектром проектов на четырех континентах и ​​проявляя…

  • 6.2. Гувер и китайский труд

    Проведя менее двух месяцев в Китае, Гувер уже написал своему брату Теодору «Скажите Старру, что здесь мы побьем рекорды по затратам,…

  • 6.1. О китайцах в Африке

    . Продолжение цикла " Восхождение Герберта Гувера" Помимо участия в Боксерском восстании в 1900 году, британские военные участвовали…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments