Елена (ljwanderer) wrote,
Елена
ljwanderer

Categories:

"На Памирах" -отрывки

За обедом артиллерийский полковник говорил, что ему неоднократно доводилось
встречать на Памирах англичан,
которые всякими дозволенными и недозволенными способами
стараются проникнуть в русские владения
; их, впрочем, и не особенно беспокоят.
Однажды был задержан после продолжительного пребывания на русских Памирах
заведомый шпион,
но при обыске у него была найдена лишь маленькая,
не имеющая важного значения карта,
все же сколько-нибудь, ценное он успел, очевидно, переслать своим заранее.
Его арестовали, и обязав честным словом немедленно отправиться в Маргелан,
великодушно отпустили
: в Маргелан он едет еще и по ныне.
Из книги Ю.Д.Головниной "На Памирах. Записки русской путешественницы"


Ранее: Русские путешественницы


Женщины встречаются часто, и пешком, и верхом (на мужских седлах), нередко одни или с примостившимся за спиною матери ребенком. Закутаны они наглухо: всю фигуру закрывает надетый на голову халат обыкновенно темно-серого или зеленого цвета с длиннейшими, закинутыми за спину и скрепленными внизу рукавами; лицо закрыто густою черною волосяной сеткою, сквозь которую разглядеть его невозможно. Откидывают они эту сетку лишь дома или, изнемогая от духоты, где-нибудь за углом, если уверены притом, что вблизи нет ни одного мужчины.

Только раз удалось мне видеть группу женщин, открывших лица за углом стены в невыносимый жар: большинство из них были еще молодыми, но уже ожиревшими, с тупыми, сонными лицами и размалеванными глазами и бровями, — пот струился с них крупными каплями. Девочки ходят с открытыми лицами до 11–12 лет. Лишь нищие обязаны открывать лица для того, чтобы всякий мог видеть, что они не прокаженные: последние здесь обыкновенно питаются подаянием, при чем предосторожности против распространения ужасной болезни соблюдаются, по-видимому, не особенно строго.


.
Женщина у сартов, как и у большинства мусульмане играет роль скромную: её почти исключительная обязанность состоит в рождении детей, — она даже не рабочая сила, так как вся тяжесть труда вне и внутри дома, а также и уход за скотом лежит на мужчине; женщина ограничивается шитьем, вышиваниями и заботами о кухне, иногда даже этот последний труд исполняется мужем.

Женятся сарты не рано, иногда за 30 лет, при чем выбор невесты делается матерью или сестрою жениха; они же иногда доставляют ему возможность увидать суженую, конечно украдкой. Часто и этого не бывает, и жених довольствуется теми сведениями, которые ему сообщают женщины — родные: «как не знаем невесты?» - воскликнул наш Мурза, рассказывая мне о своем сватовстве.
« И мать, и сестра смотрели, потом мне рассказывали, им верю»

Видит он ее впервые, когда девушка уже стала его женой. За невесту платится родителям её калым; он, впрочем, значительно ниже, чем у киргизов и можно иметь невесту (конечно не первого сорта) за 100–150 рублей. Подарки, свадебные празднества и угощения производятся на счет жениха. Развод у них в большом ходу, причем достаточно для него повода самого несложного: жена, например, имеет право требовать развода, если муж не кормит ее пилавом* хотя раз в неделю.

* Пилав (по сартовски палау) любимое национальное блюдо,
приготовляемое из баранины и риса с приправою моркови, изюма и перца.

Сарт в большинстве случаев хороший семьянин, миролюбив и с детьми обращается чрезвычайно нежно, — никто из них, даже в шутку, не толкнет и не обидит ребенка.
Наша администрация давно сознает необходимость изменить положение сартской женщины и первым к тому шагом были некоторые попытки открыть их лица, но приходилось при этом натыкаться на такой решительный отпор, что власти не решались настаивать в виду неизбежности в таком случае поголовного восстания. Такова попытка одного влиятельного лица, окончившаяся довольно оскорбительным инцидентом.

Решено было дать бал, на который были приглашены все представители туземной власти и аристократии с требованием, чтобы они привезли своих жен и дочерей с открытыми, конечно, лицами. Бал состоялся, женщин привезено было много, при чем все они получили подарки, и таким образом совершилось, по-видимому, вступление сартской женщины в общественную жизнь Но оказалось… что приехавшие на бал quasi-жены и дочери были просто женщинами легкого поведения.

Подарки были у них отобраны, власти получили выговор, но факт остался фактом и дальнейших последствий не имел.

Особенно важно было бы открытие женских лиц еще в виду того, что, как нам говорили, под женским одеянием нередко скрываются важные преступники, которые в таком. наряде неуловимы: русские власти не могут выследить подозреваемую личность, а туземец не смеет ни при каких обстоятельствах поднять покрывала женщины, так-как это оскорбление, по укоренившемуся обычаю, может быть смыто лишь кровью.

Человек, разрешивший своей жене ходить с открытым лицом, считался бы изменником, проклятым и никто не решится не только вести с ним какие-нибудь дела, но даже и говорить с ним. Наиболее развитые из сартов сознают ненормальность такого замкнутого положения женщины, но ни один не решается пойти против веками освященного обычая, ставшего законом.



КИРГИЗЫ

Киргиз симпатичнее сарта, он еще полудикарь и в нем много детского; он честен, добродушен. гостеприимен, хотя и не лишен хитрости. Потребность узнать новость и поделиться ею, в нем так велика, что он скачет иногда верст за 30–40 к приятелю в соседний аул для того только, чтобы сообщить что-нибудь, по его мнению, интересное; малейшее известие является для него поводом устроить «томашу» *
* «томашу» - праздник, сборище.

Едущего по делу киргиза всегда сопровождают 2–3 добровольца с единственною целью посмотреть, что из всего этого выйдет.


В семье своей киргиз почти бесполезен: его обязанности сводятся к тому, чтобы накосить травы для скота на зиму, да и это несложное занятие обыкновенно исполняется юношами-подростками. Весь труд лежит на плечах женщины; она смотрит за скотом, доит, убирает, кормить его, делает кумыс, ткет ковры и материи из верблюжьей шерсти, седлает лошадей, словом— она в семье все. Зато и ценится она гораздо дороже сартянки: даже бедный человек платить за невесту «калым» скотом и деньгами на 400–500 руб., а богатый значительно больше; калым этот выплачивается нередко в продолжение 5 — 10 лет, и свадьба может состояться лишь по уплате калыма до последней копейки, так что выбор невест и сговор иногда устраиваются с десятилетнего возраста.


Родители невесты оставляют себе из калыма за воспитание дочери небольшую сумму, так как, в свою очередь, обязаны снабдить дочь юртою и. полною обстановкою, также верблюдами, скотом, словом — самостоятельным хозяйством. Ходят женщины с открытым лицом; жених с невестою имеют, следовательно, возможность хорошо познакомиться заранее. В решении семейных дел женщина имеет большое значение, и голос ее не последний. Развод у киргизов в большом ходу и облегчен до чрезвычайности: все формальности по этому вопросу сводятся к тому, что супруги являются к своему «кази» * и заявляют о желании развестись; повод принимается во внимание всякий, хотя бы, например, не вовремя приготовленная для супруга пища.

* «кази» - выборный судья
Без дальних проволочек, кази немедленно пишет постановление, которое читается супругам, и они разведены; дети оставляются отцу, хотя по обоюдному соглашению могут быть поделены. Жениться и выходить замуж можно бесконечное число раз.


О почте

По пути встретили почтового киргиза, который ехал степенно и тихо, следовательно, «без пера».

Чтобы понять это выражение, надо знать, что для почтовых джигитов, конечно, незнакомых с русскою грамотою, установились особые условные знаки: если пакет адресован в Лангар, то к нему привязывается палочка; если палки нет, он везется на Памирский пост; если письмо спешное, в него втыкается перо, и тогда джигит несется сломя голову, итак, если почтовый джигит скачет мимо, даже не останавливаясь поболтать с проезжими, что при нормальных условиях ему совершенно несвойственно, это значит, что он «с пером».


Приближался Уч-Курган, к которому стремились мечты и помыслы нашей прислуги, затосковавшей по людям: «там все можно достать, что угодно», говорили нам Алим-бай и Мурза с блестевшими восторгом глазами. Через час мы подъезжали к кишлаку; проводник наш кинулся вперед. и исчез, очевидно с целью предупредить кого следует о нашем прибытии. Несколько времени спустя он появился вновь, а вслед за ним прибыль и волостной старшина; встретив нас обычным церемониалом, он предложил следовать за ним к помещению, в котором «останавливаются все генералы»

Помещение это оказалась высокою, открытою со всех сторон верандою, возвышавшеюся по самой середине крытого базара. На ней уже успели приготовить постели и разостлать ковры. Мы расположились, как «все генералы», хотя отсутствие стен не могло не смутить нас своею чрезмерною откровенностью; но не успели мы подумать об этом, как появились пестрые ширмы, которыми нас со всех сторон оградили от любопытных; взглядов. За сим явился чай и обычный достархан. Наша прислуга немедленно устроила внизу «томашу» и дала наконец волю, душившим ее потокам красноречия, мы же расположились у балюстрад нашей веранды, любуясь на базар и его движение.

Судя по тому, что нам видно отсюда, Уч-Курган — целый маленький городок, обыкновенная восточного типа; население его — сарты, кажущиеся нам теперь по сравнению с киргизами, необыкновенно красивыми.

Если бы такая ночевка в открытом помещении, посередине сартского базара, где нет крещеной души, предстояла нам вначале нашего путешествия, мы быть может и не решились бы на нее; теперь же находим, что опасаться, вероятно, нечего. Несмотря однако на насмешки мужа, мы с Н. приготовились доблестно встретить врага, в случае ночного нападения: около постелей положили револьверы, а вдоль балюстрады и так, чтобы это было видно публике извне, уставили все имеющееся у нас огнестрельное оружие, а также патронташи, кинжалы — вообще все, что нужно для устрашения неприятеля.

Враги не нападали, защищаться не приходилось, однако ночь прошла для нас все же неприятно.

Когда поздно вечером умолкло движение на базаре, началась собачья «томаша»: они рыскали, ища что-нибудь съедобное, и это конечно вызывало между ними недоразумения, разрешавшиеся неистовою грызнею. Грызлись они всю ночь напролет; одна из них явилась в наше помещение и принялась наводить справки на столе, причем нашла куриную кость, да кстати опрокинула чашку с молоком.

Вооружившись хворостиною, муж вышел было разогнать стаю, собравшуюся у нашего входа, но собаки так решительно кинулись на него, что ему пришлось отступить. Часа в 4 просыпается базар, зажужжали мухи, а за ними показалось и солнце, заглянувшее нам прямо в глаза: приходилось вставать (на этот раз будуар наш помещался в одном из свободных стойл конюшни). Собрать нашу прислугу оказалось делом нелегким: она уже сидела по разным чайхане, лошади были еще не накормлены и посуда не убрана, так что выехать удалось только в девять часов утра, в самый жар.

Мургабское Государево имение

По совету одного знакомого инженера, уверившего нас в радушии и любезности полковника Н. А. К — ского, управлявшего Мургабским Государевым имением, мы решились воспользоваться случаем осмотреть последнее, и нам не пришлось раскаяться в этом, так как гостеприимство Н. А. превзошло наши ожидания. Полковник К — ский — личность не заурядная.

Жизнь этого, далеко еще не старого человека до сих пор была посвящена военным подвигам, о которых свидетельствуем обилие орденов, украшающих его грудь: воевал он и в сербскую войну, воевал и в Азии со Скобелевым, был, как думали, смертельно ранен в грудь на вылет и остался жив, несмотря на пробитое легкое; воевать наконец стало не с кем и он принялся, за более мирные занятия. Человек безукоризненной честности, с большими и разносторонними познаниями, он вот уже 9 лет управляет Мургабским имением, причем требовавшиеся до него ежегодные значительные субсидии стали заменяться доходами, сперва небольшими, и достигшими, наконец, в 1898 году по-видимому почтенной цифры.

Пока муж на следующее утро ездил с помощником управляющая верст за 25, чтобы осмотреть головную часть оросительного канала, сам Н. А. показывал нам свое любимое детище: питомники и посадки. Площадь виноградных, миндальных и лесных посадок увеличивается им ежегодно в значительных размерах. Все они содержатся в образцовом порядке, обильно орошаются и прорезаны шоссированными дорогами (что является здесь почти необходимостью в виду того, что в период дождей лёссовая почва образует вязкую, невылазную грязь). Кроме самых разнообразных улучшений, за последние годы в имении выстроен хлопкоочистительный завод.

О географии


В центральной Азии, между 37° и 39 1/2°северн. широты и 72° и 75 1/2° вост. долготы Гринвичского меридиана, там, где сходятся одни из высочайших горных хребтов мира: Гималаи, Куэнь-Лунь, Гиндукуш и Тянь-Шань, находится возвышенная горная страна, носящая в географической литературе название «Памирского плоскогорья», или «Памиров». Слово «Памиры», по исследованиям филологов, имеет несколько значений и между прочим-«Крыша мира», которое чаще всего и применяется в литературе.
Эта пустынная и трудно доступная страна не могла никогда играть выдающейся политической роли; однако за последние четверть века, благодаря поступательному движению России вглубь Азии, интересы России и Англии столкнулись именно на Памирах. Страх Англии перед этим настойчивым движением вперед, и по направлению к Индии, заставляет ее зорко следить за каждым шагом этого движения, тормозя его всеми доступными ей средствами *.


*Особенно интересны в этом отношении книги:
Curzoa «The Pamirs and the source of the Oxusv, London 1896
и «Russia's March towards India, by an Indian Officer», London 1894;
последняя написана с целью убедить английскую публику в том,
что почти исключительною целью всех операций и завоеваний России
в центральной Азии является будто бы Индия и стремление
проложить себе к ней кратчайший путь.
Сомнения но этому поводу со стороны некоторой части публицистики
и литературы автор объясняет продажностью их
.

Она не может не сознавать, какого страшного соседа она получила бы в случае захвата Россиею афганских владений, служащих в настоящее время буфером между Памирами и Индией. В виду этого Англия всячески старалась оттеснить Россию от Памиров, поделив эту область между Китаем и Афганистаном, и захватив в свои руки бассейн Вахан-Дарьи, составляющей южную границу Памирского нагорья..

В 1895 г., по настоянию Англии, была назначена новая разграничительная комиссия, окончательно установившая границы владений русских, китайских и афганских; при этом Вахаи и часть Дарваза подчинены Афганистану, а Шугнан и Рошан переданы Бухаре (т. е. оказались в сфере влияния России).

Разграничительная комиссия организовала соревнования по стрельбе

Границы эти в настоящее время являются в таком виде на востоке русские Памиры граничат с Кашгаром, подвластным Китаю (эта линия, впрочем, точно не установлена и проводится лишь приблизительно от перевала Уз-Бель на севере до перевала Беик на юге, в восточной оконечности Гиндукуш), на юге и юго-западе — с афганскими владениями, находящимися в сфере влияния Англии, с запада — бухарскими владениями: Шугнаном, Рошаном и Дарвазом, а с северо-Алайской долиною, принадлежащей России по всему своему протяжению.

В административном отношении Русские Памиры, в виде Памирской волости, входят в состав Ошского уезда, Ферганской области, Туркестанского генерал-губернаторства.


Далее: Русская путешественница и журналистка Зинаида Рихтер

Tags: Женщины и путешествия, Путешествие в Россию
Subscribe

  • На Дальнем Востоке

    Не менее важным оказалось и путешествие на русский Дальний Восток, собранные Изабеллой сведения оказались очень интересны Министерству иностранных…

  • В Королевском географическом обществе

    Комната географических карт и библиотека в Королевском географическом обществе . Ранее: Изабелла Бишоп (Берд) - английская писательница и…

  • Русские путешественницы

    Памир на фотографии швейцарской путешественницы Эллы Майяр Сегодняшние рассказы о бесстрашных женщинах, не желающих сидеть дома, свойственные…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments