Елена (ljwanderer) wrote,
Елена
ljwanderer

Categories:

Кнопы и русская текстильная промышленность

Продолжаю рассказывать о роли иностранного капитала в успехах русской промышленности.

В конце 80-х гг. в ряде западноевропейских стран, и прежде всего во Франции, наблюдался избыток свободных капиталов, в то время как в России особенно остро стала ощущаться потребность в них. Именно это обилие свободных капиталов на западноевропейском рынке явилось основной причиной широкого притока в Россию иностранных капиталов, которое было решающим фактором промышленного развития России в этот период.
Кроме того серьезным стимулом к вкладыванию денег в России была высокая норма прибыли в промышленности.


Иностранные инвесторы, естественно, не преследовали цель гармоничного развития российской экономики, прибыль была определяющим мотивом участия в экономике .

Конечно, государство проводило политику привлечения иностранного капитала по веской причине - ограниченности государственных ресурсов, но не следует забывать, что компенсация такой ограниченности шла за счет эксплуатации природных ресурсов, экспорта хлеба в ущерб благосостоянию населения, эксплуатации трудовых ресурсов.

Обычно говорят , что привлечение иностранного капитала в материальное производство гораздо выгоднее, чем получение кредитов для покупки необходимых товаров, которые как правило растрачиваются бессистемно и только умножают государственные долги. Однако, исследования финансовых взаимоотношений компаний внутри холдингов показывают, что навязанное кредитование на низшем уровне нередко становилось инструментом захвата собственности российских компаний иностранным капиталом.


Что отсутствовало в российской дореволюционной государственной политики, это протекционный механизм и гибкое регулирование процессов с учетом потребностей развития отечественной экономики, вместо этого наблюдалось соучастие представительных лиц в постепенном захвате российского рынка, производств и природных ресурсов международными монополиями.

В отечественных рассказах, как правило, фокус смещен на русские достижения, на преодоления трудностей, как победу. В рассказах о русской предприимчивости часто упускается предприимчивость иностранная. Однако, конкуренты англичане и их представитель, немец Кноп, тоже были весьма предприимчивыми людьми.

Людвиг Кноп
(Johann Ludwig Knoop)
(15.05.1821, Бремен — 14.08.1894 Бремен)




С 1839 года Иоганн Людвиг Кноп, сначала - коммивояжер английской фирмы по торговле хлопком в России, потом - самостоятельный крупный импортер английской пряжи и хлопка, имевший непосредственные связи с Орлеаном с Бомбеем, стал крупной влиятельной фигурой русского мануфактурного дела.
С 1840-х гг., он сделался поставщиком сначала прядильных, а потом ткацких, красильных и набивных машин известных английских фирм.

Процессу превращения русских текстильных фирм в крупных мировых поставщиков способствовали внедрение новейших иностранных технологий, современного оборудования, использование иностранных технических специалистов, благодаря фирме L. Knoop & Co ,  успешно сотрудничала с фирмами-поставщиками английской пряжи De Jersey & Co., текстильного оборудования Platt Bros. и Oldham, использовала их  ресурсы  их отделений в Манчестере, Ливерпуле, а также дочерних фирм в США, Египте и Индии.


В результате такого сотрудничества уже в 1861 г. Кноп ввез в Россию товаров на общую сумму 7794804 руб. и занял первую строчку в списке российских импортеров.

При посредничестве фирмы Кнопа, при условии участия в прибылях или получения паев предприятия, были оборудованы в это время почти все крупные фабрики московского района (первый заказ С. Морозова, потом Баранова, Милютина, Хлудова и др.).
Именно этот абзац в рассказах об успехах русских купцов обычно пропускается. К чести составителя статьи о Кнопе в Википедии,  методам Кнопа отведена целая глава Людвиг Кноп и его схема работы.

Главным «ноу-хау» Людвига Кнопа была уникальная схема его работы. Он был единственным, кто создавал фабрики «с нуля», а также полностью переоборудовал действующие предприятия. Кноп выписывал из Англии не только машины, но и мастеров для сборки оборудования, так как российских инженеров, знавших технологию работы на сложных прядильнях, практически не было, - рассказывает Википедия.

Оборудование новых прядильных фабрик велось не за наличный расчет и не в кредит, а за счет увеличения основного капитала и выпуска новых паёв, которые и служили способом расплаты.
Кноп входил в долю, становясь членом правления фабрики, пайщиком, или эту роль брали на себя его представители. В результате вклад Кнопа в предпринимательство можно было обнаружить в более чем 200 российских текстильных предприятиях
.

Положение совладельца давало фирме Кнопов возможность сохранять функцию основного поставщика как сырья ( американского хлопка), так и текстильного оборудования.

К 1850-м гг. группе Кнопа удалось стать крупнейшим поставщиком американского хлопка в России (теперь невозможно установить, стало ли это следствием удачной PR-компании, но в среде промышленников считалось, что кноповский хлопок идеально подходит под его же машины).

Помимо этого Кноп выписывал из Англии и мастеров для сборки оборудования, а  в дальнейшем - мастеров по обслуживанию этого оборудования.

Влияние Людвига Кнопа на хлопчатобумажную отрасль России было огромно: в короткие сроки он стал монополистом на этом рынке и владельцем крупнейшего производства — «Кренгольмской мануфактуры» в Нарве.
.

.
Успешное сотрудничество с русскими текстильщиками немца Кноппа, для удобства ведения бизнеса принявшем Российское гражданство, не всеми воспринималось позитивно.
Например, известный костромской капиталист — предприниматель В. А. Кокарев в своей книге "Экономические провалы" в 1887 году писал по поводу празднования юбилея Кнопа, «водворяющего
в Россию несколько десятков лет американский хлопок» :

«отпраздновали пир, так сказать на хребте русского народа, лишившегося льняных посевов и насильственно обличенного в линючий ситец, распространение которого, увлекая нашу монету за границу по платежу денег за хлопок, увеличило внешние займы и усилило финансовое расстройство».


Александр II пожаловал Людвигу Кнопу звание барона Российской империи за заслуги перед отечественной промышленностью. После смерти барона империей Кнопа стали управлять его сыновья, которые успешно .

Под натиском нового поколения молодых российских предпринимателей Кнопы отказались от попыток сохранить монопольное положение и все чаще соглашались на взаимовыгодную олигополию, расширяя одновременно с этим финансовую базу своей промышленной группы. Входя в совет нескольких крупнейших московских банков и принимая участие в их управлении, Кнопы всегда имели льготные условия кредитования, что позволяло братьям создавать новые предприятия — таким образом, сохраняя за собой роль кредитора, фирма сама активно пользовалась услугами валютного рынка. - пишет журнал "Стратегия".


Проведенное Ю. А. Петровым исследование показало, что в довоенный период Кнопы не только оказывали сильное влияние на Московский Купеческий и Московский Учетный банки, но также имели представителей в правлениях банков Московского Торгового, Московского частного и «И. В. Юнкер и Ко»


Деятельность торгового дома «Л. Кноп и Ко» не ограничивалась территорией Российской империи, его влияние распространялось на Великобританию и хлопководческие центры Северной Америки, Индии и Египта.

Накануне Первой мировой войны,  Кнопы все еще участвовали в управлении 21 компанией, 5 коммерческими банками, полностью владели, как минимум, шестью предприятиями.
Однако, с ее началом  Кнопов перестали  воспринимать как частью России, их немецкие связи и русский бизнес подверглись гонениям в результате борьбы с немецким засилием.

Несмотря на переименование в 1916 году торгового дома «Людвиг Кноп» в АО «Волокно», в уставе которого отдельно подчеркивалось русское подданство всех акционеров, над ним — как над германской фирмой — был установлен правительственный контроль, что в конечном итоге побудило Кнопов свернуть операции и вскоре после Октябрьской революции вывести весь капитал из России.

Как  бы не пытались современные пропагандисты включить Кнопа в достояние России, все же Кноп  - несколько иное явление в русской истории.

Кноп «принес с собой в Россию английский капитал, английскую технологию, английские товары и английских рабочих, и это побуждает рассматривать его как английского представителя»- заявляет Стюарт Росс Томпсон в книге "Российская внешняя торговля XIX - начала XX в. Организация и финансирование".

Некоторые историки рассказывают, что после смерти Кнопа его преемники потеряли контроль над русской текстильной промышленностью, новое поколение русских купцов стремилось к самостоятельности, они налаживали самостоятельные связи с иностранными поставщиками сырья и оборудования.
Но такие попытки не смогли оборвать многочисленные английские связи, удерживающие русский капитал .

Действительно, постепенно Кнопы уступали управление русскими предприятиями. Однако, зависимость от сырья и оборудования оставалась, а с ней осталась необходимость в иностранных специалистах, прилагавшихся к этому оборудованию. Эту зависимость не удалось преодолеть, несмотря на создание ремесленных школ  и обучение русских за границей. Формально отойдя в тень , Кнопы продолжили обеспечивать закупки сырья и поставку технического персонала.

Нужно отметить, что попытки избавиться от такой зависимости, конечно же, принимались, однако они не переломили общую ситуацию.
В 1881 году Тимофей Морозов начал производить отечественные станки, затем к этому делу подключился и Викула Морозов. Производство сотечественных станков стало расти, когда увеличились государственные  пошлины на импортную технику, но стоимость их производства оказалась значительно выше, чем цена на закупку импортных станков, к тому же и качество их было гораздо хуже.

Хотя Морозовы, - пишет Томпсон, питавшие антипатию к Кнопу и испытывающие чувства патриотизма, пытались работать на отечественном оборудовании, хотя оно и было низкого качества, производители конечной продукции предпочитали сырье, выработанное на качественных станках, а французы, шведы и неемцы, державшие русские мануфактуры, возможно, из того же патриотизма, продолжали закупать оборудование, произведенное в своих странах.

Приобретение импортной техники было напрямую связано с необходимостью импорта специалистов по наладке оборудования и обучения новым технологиям.

Новые методы обработки хлопка разработанные в Великобритании во время так называемой промышленной революции, были развиты эмпирически в рамках ремесленной практики. Они передавались путем ремесленного обучения. «Эмпирический характер технологии» особенно тяжело переносить в письменную форму, невозможно составить подробную и полную инструкцию работы. По этой причине на русских фабриках присутствовал иностранный персонал.

Даже во время Первой мировой войны все текстильные фабрики в Петрограде и около сорока в районе Москвы  управлялись британским техническим персонал, как правило, он состоял из  управляющего, помощника управляющего, чесальщика (кардера), ткача и инженера. ( D. Mackenzie Wallace, The Times Book of Russia, p.67)

Инженер в этом контексте не был профессиональным инженером в современном понимании, это был умелый мастер с практическим знанием либо техники, либо технологии обработки хлопка. Для английских ремесленников, работающих в России, стало обычной практикой отправлять на некоторое время своих сыновей работать в Ланкашир, откуда они возвращались с достаточной подготовкой, чтобы считаться квалифицированным специалистом и осуществлять уже надзорную функцию.


Хотя фирма Platt Bros признавала еще в 1860-х годах, что приближается время, когда  рабочие должны иметь знания о механике и использовать их на практике, инженеры, отсылаемые ими в Россию при помощи Кнопа, вплоть до 1914 года имели лишь рудиментарную научную подготовку.  К тому же, они не склонны были распространять свои знания, чтобы не создавать конкуренции и возможности лишиться своего статуса.

Несмотря на то, что техническое образование в России во второй половине девятнадцатого века уже развивалось, большое количество выпускников Московской Императорской Технической школы из-за недостаточной начальной подготовки могли работать лишь мастерами.

К тому же, Томпсон отмечает, что русские дипломированные инженеры, хотя и пользовались высокой репутацией за их теоретическую подготовку и знания современной практики, они не считались особенно эффективными на производстве. В русской промышленности в целом большинство успешных отечественных инженеров, работавших на производстве, были из тех, кто поднялся из низов, используя свой практический опыт, а не из-за их академических успехов

Несмотря на предпринимаемые усилия в развитии собственных технических специалистов,заключает Томпсон, реальность была такова, что в двадцатом веке количество иностранного управляющего персонала оставалось высоким. Морозовы пытались не только работать на отечественных станках, но и использовать русский персонал, а также способствовали его обучению введением  стипендий, с помощью которых выпускники Московской Императорской Технической школы могли поехать учиться заграницу, с последующим трудоустройством на морозовские фабрики. Но все попытки русифицировать управленческий персонал российских текстильных фабрик путем организации технического обучения не принесли большого успеха

Хотя Людвиг Кноп принял российское подданство и был пожалован титулом российского барона, его семейство никогда не интегрировалось полностью в русское деловое сообщество. Кнопы оставались, по существу, интернациональной династией. В 1861 г. Людвиг Кноп вернулся на постоянное жительство в Бремен и впоследствии поводил в России только несколько месяцев в году. Его сыновья получили коммерческое образование за пределами России.

И хотя внуки Людвига Кнопа устанавливали родственные связи с русскими кланами Мамонтовых и Медведевых, они продолжали придерживаться космополитического образа жизни, часть года проводя в фамильном имении Мюленталь (Schloss Muehlental) близ Бремена. По своему modus vivendi как в частной жизни, так и в деловой практике Кнопы являлись действительно интернациональным семейством.

Вот такой наш Людвиг Герасимович.

Кнопы сделали лишь первые шаги в движения русского капитализма к сращиванию отечественного капитала с иностранным, формированию наднациональных интересов, созданию мировых транснациональных корпораций.

Источники:
http://statehistory.ru/books/Styuart-Ross-Tompston_Rossiyskaya-vneshnyaya-torgovlya-XIX---nachala-XX-v--Organizatsiya-i-finansirovanie/57
http://muzeum.me/index.php?page=subj&order=25
THE RUSSIAN TECHNICAL SOCIETY AND BRITISH TEXTILE MACHINERY IMPORTS By Stuart Thompston
http://finhistory.org/torgovo-promyishlennyie-dinastii/dinastiya-knop.html

А завтра я расскажу о том, как русские фабрики стали дойной коровой для английских компаний

Tags: Богатая Россия, Капитализм, Кнопы, Предприниматели
Subscribe

  • Царская жизнь в картинках

    Поздравляю тех, кто празднует Рождество! Русская монархия и ее жизнь в картинках, когда-то за этим тоже следили с замиранием сердца. :) Великая…

  • С НАСТУПАЮЩИМ НОВЫМ ГОДОМ!

    Будьте здоровы и счастливы! И современная

  • С наступающим Новым Годом!

    Всех друзей поздравляю с наступающим Новым Годом! Несмотря на последний пост о ненавистных часах, желаю всем вам, чтобы время работало на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments