Елена (ljwanderer) wrote,
Елена
ljwanderer

Category:

"Русские все делают неправильно" - Май 1945 г.


Прием русской делегации в отеле St.Francis в честь победу над Германией
25/May/1945. San Francisco, United States. UN Photo/Eastman.


Дэвид Фоглсонг (David S. Foglesong) в своей книге "The American Mission and the 'Evil Empire': The Crusade for a 'Free Russia since 1881”  пишет о том, что в начале 1944 года эксперты задавались вопросом:  во что превратится Россия, расширив свои границы, сможет ли она быть частью мира на принципах равенства и экономической свободы?.
Но в то же время они противоречили сами себе, заявляя, об американских интересах, которые распространяются на весь мир, и о необходимости жесткой борьбы "с теми, кто захочет ограничить в этом мире нашу свободу."

А поскольку эта свобода уже ограничивалась в продвижении на восток Европы, это обусловливало послевоенное враждебное отношение к Советскому Союзу. Невозможность участия в послевоенном экономическом переустройстве Советского Союза в интересах США вызывало разочарование и было причиной ухудшения отношений и перехода от партнерского сотрудничества к конкурентной борьбе сверхдержав.

Американцы в конце войны еще надеялись на продолжение экономического сотрудничества и расширение торговли с СССР.

Они предполагали, что после окончания войны из-за острой нехватки товаров народного потребления американские товары наполнят русские рынки.
Тем не менее, оказалось, как предвидел в 1944 году Джордж Кеннан, советское правительство и в дальнейшем намеревалось в первую очередь продолжать развивать тяжелую промышленность.

Советский Союз планировал продолжать сотрудничество с США целью использования американских технологий, но лишь в том случае, если это не будет идти в ущерб советской безопасности. Советская власть считала важным сохранять независимость и хотела проводить свою собственную внешнюю политику, что естественно, вызывало озабоченность.

В конце войны стало очевидным, что предположение о том, что советская власть позволит России стать зависимой от внешней торговли, было ошибочным.

Было наивно полагать, что русские, катающиеся на студебеккерах и потребляющие хлеб, выпеченный из ленд-лизовского зерна, превратятся в обожателей Соединенных Штатов и ради этого изменят курс развития, повернув его в сторону капитализма.

Американская надежда на возрастание торгового оборота после войны стала меркнуть,

Советники президента считали, что поведение Советского Союза на международной арене будет тесно связано с финансовой помощью, оказываемой США. А потому американцы решили отказаться от политики предоставления ссуд и кредитов для поддержки больших объемов советских закупок. Экспорт в СССР сократился до 4% в 1946 году, в 1947 он составил вообще 1%.

Но охлаждение наступало постепенно, было бы сложно моментально изменить курс после нескольких лет военной пропаганды, воспевающей силу русского воинского духа и верность союзничеству. Потому статья в журнале LIFE, освещающая ход Конференции в Сан-Франциско в мае 1945 года, когда советские войска  взяли Берлин, была пробным камнем в изменении общественного мнения.

***

LIFE 7 май 1945

Редактор LIFE, Филмор Калхаун, находит, что русские все делают неправильно, потому что они не понимают американцев

По этой причине российская делегация в Сан-Франциско теряет друзей и очень быстро теряет свое влияние.
 Государственный департамент, их собственные соотечественники, живущие в США или компетентный человек по связям с общественностью, должны были их об этом проинформировать.
То, в чем они, вероятно, нуждаются, является небольшим буклетом, который распространялся в европейских странах, представляя американский военный контингент под названием "Американцы- странные люди"

С американской точки зрения русские сделали почти все неправильно за исключениемпроведения пресс-конференции, на которой Молотов очаровал и  впечатил признанием в том, что он боится публичных оскорблений или даже убийств.

Проблемы начались, когда прошел слух о том, что русские привезли целое судно  водки и икры для их собственного удовольствия.
“Доказательством” было то, что любой мог подняться на  вершину Telegraph Hill и увидеть судно, стоящее на  якоре. На самом деле судно было там, прежде всего, для обеспечения связи и предоставления жилья некоторым членам российской делегации. Но из-за постоянной скрытности русских все это представлялось таинственным и дало повод для сплетен.

Потом был еще случай, который возмутил даже русофилов. Это было неожиданным ударом для прессы - день, когда комиссар Молотов прилетел в город. Сам Молотов был обходительным, но организация его приема почти привели к бунту.



Раздраженным, больше часа слоняющимся по аэропорту репортерам объявили, что им разрешат освещать прибытие. Американские солдаты охраняли прессу в загоне, пока не обнаружилось, что российским фотографам разрешили находиться гораздо ближе в ангаре.Один из них даже прогулялся, чтобы сделать снимок американцев. Это было уже слишком, прозвучали возмущенные возгласы. “Кто управляет Конференцией? Сан-Франциско или Москва?”

Непосредственно перед тем, как самолет Молотова действительно прибыл,  толпе разрешили выйти, чтобы сделать снимки там, где хотелось каждому из репортеров, и  каждый почувствовал, что он нанес сильный и звучный удар в борьбе за свободу.

Предупреждение в буклете помогло бы и в другом случае, когда высокопоставленный российский офицер на вопрос об имени младшего офицера, с которым он был запечатлен на фотографии, ответил: "Вам не нужно его знать, он не важен".

Это было верно, но американцы, с их неприязнью к начальству и их сочувствием к маленькому человеку, сдернули бы знаки различия даже с Эйзенхауэра, если бы он сделал такое замечание о своем водителе джипа.

Отчасти проблемы русских заключаются в том, что они были так заняты революцией и старались победить в войне, что совершенно не уделяли внимания нравам и обычаям других стран.

Конференция - это первое реальное прибытие советских людей во внешний  мир. Наконец, они стали членами Клуба.

Вот, например, шляпы русских гражданских лиц, с высокой тульей и с узкими полями, по ним русских немедленно определяют на улице. Их одежда плохо скроена, у них ужасно поношенная обувь. Никто, конечно, не возражает против этого, вместо этого есть уважение к жертвам, которые принесла эта убогость (this shabiness). Но с точки зрения человеческой природы,  это не сочетается с русским эго. Это, скорее, служит причиной их чувства неловкости.
Причиной страха, которым может объясняться поведение русских генералов и  русских героев, когда они странно вели себя на публике в момент прибытия.

Мужчины, храбрость которых подтверждена медалями героев Советского Союза, выглядели до смерти испуганными  в лобби отеля St Francis. Половина города то приходила, то уходила из лобби или стояла на улице, чтобы хотя бы взглянуть на них. Но неумение вести светскую беседу или выразить  восхищение русской способностью к борьбе, а также строгий взгляд героев помогли предотвратить установление любых дружеских контактов.

Правильно составленный путеводитель для русских мог бы рассказать им, что в США все любят смотреть на знаменитостей. Он мог бы порекомендовать, что если бы русские солдаты принесли с собой балалайки, то восторженная толпа приветствовала и сопровождала бы их, как это было с шотландскими волынщиками, во время шествия в канун Нового года.



А.Громыко
.
Прием для всех офицеров ( так звучит надпись на фото, но замечены и сержанты)
Конференции, устроенный генерал-майором Праттом.
Советские и американские офицеры, разговаривающие с г-жой Уорд К. Швейзер.
22/May/1945. San Francisco, United States. UN Photo/Eastman.

.
Слева направо: сначала неизвестныйй; капитан Фраловский, капитан Макки (McKee);
подполковник Винэлс-Карси (Lt. Col. Vinals-Carsi ) из Мексики.
.
Полковник Запороченко ( возможно - Запорощенко) разговаривающий с американцами
( в комментах поправили - капитан перовго ранга)

.


Еще одна фотография из журнала LIFE с комментарием о том, что Молотов озабочен общественным мнением в своей стране.
..
Журнал рассказывает про возмутительный факт, когда один из американских репортеров случайно обнаружил, что на встречу большой четверки были приглашены советские репортеры и отсутствовали иностраннные.

Несмотря на попытку установить личные связи, возможность дружеских отношений омрачается польским вопросом, пишет журнал.

На одном из обедов, устроенных Стеттиниусом в собственных апартаментах для трех дипломатов, Молотов рассказал о 16-ти арестованных польских офицерах, обвиненных в организации восстания, которое привело к смерти 100 советских военнослужащих.
Это было рассказано эмоционально, Стеттиниус и Эден тут же выразили протест в связи с советскими действиями.
Tags: 1945, Противостояние, Путешествие в мир прессы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments