Елена (ljwanderer) wrote,
Елена
ljwanderer

Categories:

История леди Драммонд-Хэй. Часть 1

Паника распространилась среди простых невежественных крестьян, живущих в своих селениях в приткнувшихся друг к другу избушках в заброшенной Сибири.

При виде грозного чудовища, парящего над ними, они разбегались, дрожа от ужаса и в поисках защиты, кто – домой, кто - в лес,
а кто-то – в свои церквушки, моля о спасении от того, что казалось им кровожадным драконом, приближающимся к ним с небес.

Их ужас был неудивителен. Они не знали других средств передвижения, кроме собственных ног, сибирских пони и грубо тесаных лодок. Нас заверили, что они никогда не видели таких для нас обычных вещей, как поезд или автомобиль.

Что касается гигантского дирижабля, который теперь проносится над их селениями с угрожающим гулом, они не могли себе представить даже возможности существования такой вещи.

Воздушное чудовище, которое наблюдали крестьяне, с рычанием появившееся с запада и улетевшее на восток, было Графом Цеппелином, дирижаблем, немецким воздушным лайнером, который совершал кругосветный перелет.

"Граф Цеппелин везде был сенсацией, но больше всего – в неприветливой Сибири", - отмечает наш корреспондент, Леди Драммонд Хэй.   (Literary Digest for September 14,1929.)

Леди Драммонд Хэй была единственной представительницей слабого пола, удостоенной чести совершить в 1929 году кругосветное путешествие на дирижабле в компании известных мужчин.

О жизни этой удивительной женщине и будет мой рассказ

1. Специальный корреспондент


История эта началась, когда 25-ти летняя Грейс Маргарет Летбридж в 1920-м году вышла замуж за немолодого вдовца с четырьмя детьми. Сэру Роберу Хэю Драммонд Хэю, британскому генеральному консулу в Бейруте, было уже около пятьдесяти, его младшая дочь была на пятнадцать лет старше его новой супруги. Грейс стала Леди Хэй Драммонд–Хэй и окунулась в экзотику Востока. Однако брак продлился всего шесть лет, сэр Роберт скончался в1926-м году, оставив супруге неплохое состояние.

Как писали в газетах, после смерти сэра Роберта леди Хэй стремилась “утешиться и забыться”.

**Сначала она искала светских развлечений, но это было пустое время препровождения, к тому же, слишком легкомысленное, чтобы могло помочь. Тогда она поехала в Египет, где у сэра Роберта была недвижимость.
Она была в Каире, когда там произошло восстание, и написала об этом во всех подробностях другу. Друг переслал ее письмо в лондонскую газету. Вот так и началась ее журналистская карьера. Леди Хэй стала внештатным корреспондентом лондонской газеты The Sphere. Она путешествовала, записывала свои впечатления и предлагала их газете не ради денег, а ради собственного удовольствия.**


Так представляется эта история для публики  – безутешная вдова пытается забыться в путешествиях. На самом деле уже в 1924 году газеты обсуждали сообщения специального корреспондента лондонской газеты “Daily Express” леди Драммонд-Хэй.


1924 г.

Это были репортажи о событиях на востоке, о беспорядках в Каире,  о борьбе рифских племен в северном Марокко против испанцев.

В 1925 году леди Хэй побывала в Венгрии и рассказала о том, как эта страна боролась с опасностями коммунизма.

“Венгрия успешно борется с современными проблемами средневековыми методами. Язвы коммунизма , действительно, разъедают страну, разделенную на два лагеря – землевладельцев и безземельных крестьян. Венгерские крестьяне , имея перед глазами большевистский опыт России, зарядились революционным духом. Эту опасность понимает адмирал Хорти, который создал Орден героев и стал его Главным магистром. Героями становятся бывшие солдаты и офицеры, служившие Родине во время Великой войны. Теперь их уже около четырех тысяч”.

В 1926 году она писала уже из Италии:

“ Итальянские женщины из бедных слоев населения в общей массе – против фашизма, особенно те, кто работает на заводах и фабриках. Однако, те, кто относятся к высшим классам, если они интересуются такими вопросами,  стоят за фашизм. В Риме есть две женщины, занимающие довольно ответственные посты в штабе фашистов. Есть женская фашистская организация , которая занимается филантропической и социальной деятельностью. В ней около 350 человек, все они носят черные рубашки и военные фуражки, вооружены револьверами и дубинками. Они патрулируют улицы. Это –первая попытка организации женщин с общественно полезной целью»

В Италии ей удалось сделать интервью с Муссолини.


1926 г.


Были и светские репортажи из Румынии, где леди Хэй удалось “разговорить” подругу румынского принца. Это интервью было сенсацией , растиражированной газетами. Леди Хэй показала себя настоящим репортером.



1927 г.
Однако, наряду со светской хроникой, ее занимали и более серьезные темы: деятельность Лиги наций,  судьба Германии

Она разъезжала по Европе в поисках интересных событий и интересных людей, передавала написанный материал в "Daily Express” и ”Sphere”, а другие газеты перепечатывали новости со ссылкой на леди Хэй, ее имя все чаще появлялось в заголовках различных изданий, и, если ее не всегда называли известной журналисткой, то в родной Англии она уже завоевала титул известной путешественницы.

Своеобразный женский взгляд и интересное изложение нравились читателям, особенно читательницам. Заметки леди Хэй попались на глаза известному медиа магнату Уильяму Рэндольфу Херсту, и он предложил ей сотрудничество. Именно Херсту леди Хэй обязана своей мировой известностью.



Уильям Рэндолф Херст ( слева) в обществе Уинстона Черчиля




Уильям Рэндолф Херст на борту немецкого морского лайнера S.S. Europa
во время трансатлантического путешествия. 1931 г.

2. Леди и дирижабль


В это время Германия прилагала немало усилий для развития немецко-американского сотрудничества, требовалось продвижение положительного образа перспективной, технически оснащенной и научно развитой страны. Издания Херста предоставляли такую возможность, газеты Херста часто печатали откровенно про-немецкие и анти-британские материалы.
Одним из проектов, направленных на привлечение внимания американского капитала к возможностям немецкой промышленности, был первый коммерческий пассажирский трансатлантический перелет гигантского дирижабля Граф Цеппелин, построенного в Германии в октябре 1928 года. Немцы предоставили Херсту право организации информационной поддержки.

Для освещения событий этого перелета Херст и послал уже опытного журналиста Карла фон Виганда и леди Драммонд-Хэй. Карл фон Виганд должен был быть ее руководителем в этом первом их совместном проекте, а стал близким другом на всю жизнь.



1928 г.




Карл фон Виганд и леди Драммонд-Хэй на борту Графа Цеппелина.


Само по себе путешествие уже было ярким событием, но тот факт, что на борту вместе с двадцатью первопроходцами-мужчинами была представительница “слабого пола”, придавало еще большую необычность, к леди Хэй было приковано внимание всего мира. Мужчины очаровывались хрупкостью и миловидностью бесстрашной путешественницы, женщины радовались еще одному прорыву женщины в мир, зарезервированный для мужчин.




Из репортажа леди Хэй:

“Те, кто когда-нибудь раньше путешествовали на дирижабле, знают, что оторваться от его окон невозможно. Ты бегаешь с одной стороны на другую, и вскрикиваешь в восхищении от увиденного. Другие восторгаются внутренней обстановкой – устройством кают. Их стены сделаны из ситца, простирающегося с пола до потолка, при этом каюты содержат все необходимое для удобства путешественников. Нет лишь звонков вызова прислуги, но, лишь потому, что конструкторы по причине соблюдения безопасности, хотели избежать использования электричества. В каждой туалетной комнате - по два зеркала. Я подумала, что причиной отсутствия в каютах окон может быть опасение, что пассажиры будут из них что-нибудь выбрасывать, и это может повредить пропеллеры.”



Штурманская рубка Графа Цеппелина







Каюты и салоны для пассажиров, действительно, были роскошны. Однако, помещения не отапливались, что было довольно ощутимым неудобством. Но для энергичной женщины и это не было проблемой.












Из газеты:

*** ”Я пролила свой кофе!” . У мужчин были бледные лица от мысли о возможной гибели, но ее женская храбрость придала сил ее компаньонам в то время, как корабль , попавший в зону шквального ветра, дрожал и болтался из стороны в сторону. Сквозь звон разбивающейся посуды , соскальзывающей со стола на пол, звучал женский смех. “Я пролила свой кофе” – сокрушалась она….***


Как написал в своем репортаже Карл фон Виганд, это произошло , когда они завтракали с леди Хэй.

***Внезапно корабль наклонился, как будто собирался нырнуть в находившуюся под ним холодную пучину океана. Леди Хэй воскликнула: “Спасите мою печатную машинку, она стоит на столике в моей в каюте!”.
Я побежал в ее каюту, и , возвратился обратно в тот момент, когда штурман, вероятно, слишком сильно повернул штурвал…нос корабля задрался вверх. Послышался треск, грохот, звон , вся посуда со столов соскользнула на пол и разбилась…”***


Кораблю было нанесено повреждение, которое нужно было срочно исправить. Для этого снизили скорость и послали команду для ремонта. Все это время пассажиры сидели с напряженным выражением лица, и только леди Хэй сохраняла спокойствие, что и было отмечено в последующих напечатанных репортажах о событии.





“…потом эта храбрая женщина, как ни в чем ни бывало, помогла убрать осколки посуды с пола. Она явно была приспособлена для воздушных перелетов, потому что и раньше ей доводилось не раз бывать в воздухе, ”- писал Карл фон Виганд.

Завтрак они пропустили и чувствовали себя голодными. Леди Хэй сообщала в своем репортаже:
 “...нам предложили сосиски, бутерброды с копченой семгой и сгущенное молоко в стаканах, потому что вино закончилось.”







Полет закончился благополучно, но не у всех остались в памяти  удовольствие и  приятные впечатления, как у леди Хэй.

Вот как вспоминал путешествие один из недовольных пассажиров:

“В первый же день полета у нас закончилась минеральная вода. На следующий день нам посоветовали экономить питьевую воду, которая хранилась в алюминиевых канистрах. На другой день закончилась питьевая вода, и мы начали пить воду для мытья, которая хранилась в резиновых контейнерах. Она отдавала резиной, но мы были рады и этому. К последнему дню путешествия закончилась и она…

Повреждение на корме, недостаток сна из-за нервотрепки в путешествии и частые снижения над водой сделали путешествие не очень приятным….

Когда я увидел посадку дирижабля во время тренировочного полета, я даже хотел отдать уже приобретенный билет тем, кто сокрушался, что не смог купить билета. Я подумал, что если в спокойную погоду потребовалось так много времени для швартовки судна, то каково же это будет в ветреную погоду…
По-моему, воздушные корабли еще долго не будут практичными видами передвижения на длинные расстояния, потому что они еще очень не комфортабельны. Каюты очень маленькие, нет достаточного места для того, чтобы можно было размяться. Нам нельзя было курить. Почти вся еда была консервированной, разогретой на электроплитке. У нас закончилось вино, так же быстро, как и вода…К тому же, я пять дней не мог принять ванну.”


Газеты рассказывали еще и о том, что возникли проблемы по прибытии дирижабля в пункт назначения.

Граф Цеппелин игнорировал настойчивые запросы радиостанций о проведении сеанса связи, не могли связаться с ним и береговые службы Военно-морского ведомства США, дирижабль, соблюдал инструкции, полученные в Берлине, держать свое передвижение в секрете.
Лишь по дипломатическим каналам удалось получить очень сжатую и недостаточную информацию о его местонахождении, потому прибытие цеппелина в пункт назначения оказалось сюрпризом. Когда же, наконец, дирижабль появился и завис на аэродроме Лекхерста в Нью –Джерси, оказалось, что дует “не тот” ветер , завести его в ангар оказалось невозможным, и пришлось швартоваться снаружи.









Швартовка Графа Цеппелина




Пока производилась швартовка, совсем стемнело, трудно было понять, кто есть кто. Часть официальной встречающей делегации, среди которых был немецкий генеральный консул, попыталась добраться до капитана судна Хуго Экенера как можно раньше. Морские пехотинцы, охранявшие прилетевших гостей, приняли группу приблизившихся людей за наглых газетчиков, и действовали слишком жестко , но те, все же, смогли пробраться к цели. Однако, когда они стали взбираться на дирижабль, его баланс нарушился, и их попросили выйти.

Затем таможенники потребовали досмотра, и бедные пассажиры, вынуждены были сгрудиться в тесном помещении и выдержать процедуру осмотра багажа. Однако доктор Экенер возражал против выноса всего багажа из еще не столь тщательно закрепленного дирижабля.

Ко всему этому ни прибывшая, ни принимающая сторона, были явно не подготовлены. Создалась, так называемая, “дипломатическая ситуация”, у немецких гостей не выдержали нервы и они заявили решительный протест. Вмешательство официальных лиц разрядило обстановку, а последующий прием в честь капитана Экенера, его офицеров и пассажиров, восстановило мир и взаимопонимание сторон.

Так закончилось первое, но не последнее, путешествие леди Хэй на дирижабле

В марте 1929 года леди Хэй и Карл фон Виганд опять очутились на борту Графа Цеппелина, летящего в Палестину, а в августе она опять всходила на борт цеппелина.

В этот раз планы были еще грандиознее. Это был первый пассажирский кругосветный рейс с пятью остановками в пути. Херст финансировал половину проекта, за что получил эксклюзивное право на его освещение в прессе.
И опять леди Хэй была единственной женщиной на борту среди 60-ти мужчин.




Билет Леди Хэй

Дирижабль покинул свой аэродром в Германии 27 июля, перелетел через Атлантику, забрал пассажиров в Лейкхерсте ( Нью-Джерси) и 7 августа направился на восток. В перелете из Германии в Японию участвовал и советский представитель – геолог, профессор Карклин. Планировалось пролететь мимо Москвы, но сильный ветер изменил планы, и пришлось довольствоваться пролетом над Сибирью.



Из репортажа леди Хэй, написанного на борту лайнера:

Мы все осознаем и пользуемся предоставленной возможностью рассмотреть Россию с одного ее конца до другого , так как еще ни одному человеку совершить такое этого не удавалось.
Однако, здесь очень холодно. На моих ногах меховые ботинки.
Все пассажиры наслаждаются отдыхом и играми, начали вести записи, заниматься наблюдениями и техническим обучением.
Мы наблюдаем лесные пожары, известные лишь крестьянам в их невзрачных деревеньках, сбившихся в группы селян, напуганных гневом богов, когда наш невообразимый, непостижимый и неописуемый Воздушный Викинг, прокладывает свой неуклонный курс в свободном небе.”


Из репортажа Карла фон Виганда:

“ Двадцать пассажиров на борту, среди них - одна бесстрашная женщина Леди Драммонд Хэй, самая знаменитая английская путешественница… Мы чувствовали заслуженную гордость от того, что мы принимаем участие в этом эпохальном полете. Поездка была такой впечатляющей, что мы почти не спали, не могли уснуть.

Каждое мгновение на борту заслуживало отдельного внимания... Во все время поездки мы не нервничали, кроме одного случая, произошедшего над горным хребтом в 6000 футов высотой, отделявшим нас от Охотского моря, когда мы попали в сильный ветер. Тогда впервые прозвучало слово “опасность….


Все пассажиры со мной согласятся, Леди Драммонд-Хэй была великолепной представительницей женщин в этом рейсе первооткрывателей. Так же как и во время трансатлантического рейса, когда шторм повредил дирижабль, она была весела. И в этот раз, когда сильный ветер увлек дирижабль в сторону гор, она сохраняла спокойствие, была оживлена и не хотела верить в опасность.”




Хуго Экенер, капитан дирижабля, и Леди Драммонд-Хэй в обеденном салоне Графа Цеппелина

Из репортажа Леди Драммонд Хэй:

“Я встаю в 3 или в 4 часа, завтрак подают в 7, но к этому времени часы приходится переводить на пару часов вперед, потому мы начинаем работу в 10.
Еду готовят регулярно, и все очень вкусно, тем не менее, на приготовление пищи уходит гораздо больше времени, чем на земле. Пока мы ждем заказанную еду, время проходит в разговорах.
До того как закончился ланч, дирижабль, немного потрепанный, покинул зону шторма и опять вылетел на солнечный свет… Каждый из нас был просто потрясен и полон эмоций, когда вокруг цеппелина образовался ореол от солнечного света, а в зоне шторма появились три ясно очерченные радуги. Это совсем не сложно представить, какой эффект производили эти несомненно божественные явления на группу искателей приключений, независимо от того, насколько они были опытны, или научно-технически подготовлены.
В субботу во время ланча мы единственный раз за путешествие испытали тревогу. Становой хребет, который на картах был указан высотой 3400 футов , оказался высотой более 6000, этого не предвидел капитан Эккенер. Граф Цеппелин летел на 600-700 футов ниже, чем горный пик, пробираясь между гор, пока мы почти не уверились в том, что мы обязательно врежемся в одну из вершин.. Пассажиры все больше волновались, их лица прояснились лишь, когда мы увидели гладь Охотского моря.”


Из газет:

Исследователь сэр Губерт Уилкинс сказал, что это путешествие дало ему многое с профессиональной точки зрения. О Сибири он сказал следующее:

"Вся страна кажется болотистой. Дороги и пути выстланы деревом. Мы не ожидали, что болота могут быть такими обширными. На сотни миль не видно признаков жилья, однако, наличие стогов сена говорит о том, что эта местность заселена.
Суббота была третьим днем путешествия. Мы никак не ожидали увидеть настолько мистический пейзаж, открывшийся перед нами. Один единственный тусклый огонек, мигающий в полной темноте, говорил о том, что внизу есть жизнь, но безжизненная картина, которая предстала перед нами при дневном свете, дала основание предположить, что ночью у нас были галлюцинации. Мы видели тысячи квадратных метров болот, изборожденных на восток и запад лесной растительностью и узкими тропинками, выложенными деревянным настилом.
Пока мы пролетали над бескрайними болотами и полосами карликовых сосен, я видел целые ряды поваленных ветром и вырванных с корнем деревьев. На 84 долготе и 61 широте мы повстречали возвышенность, густо покрытую молодым лесом. Вялотекущие речки извивались к югу, извилистые настолько, что даже представить такое было невозможно.
Часто можно было увидеть тропинки, по которым могла бы пройти лошадь, но лишь раз, на протяжении 700 миль, мы заметили несколько лошадей и два стойбища.
Пролетая над одной из деревень, сэр Губерт заметил, лошадь впряженную в повозку, в которой была бочка с водой. Лошадь наткнулась на столб от навеса и остановилась после того, как тележка опрокинулась. Однако, люди не заметили этого, разглядывая в воздушный корабль.”




Губерт Уилкинс - в центре, за бутылкой вина



Хуго Экенер и леди Хэй

Затем их ожидала восторженная встреча в Токио и перелет в Лос-Анжелес. Успех перелета, однако, не помешал газетам разместить также и скептические оценки этого события :

“Есть ли у дирижабля коммерческие возможности, вопрос остается пока без ответа. Используемый дирижаблем газ, пока слишком дорог. Чтобы пришвартовать дирижабль, требуется команда из 400 человек, необходимо сооружение и содержание огромных ангаров. Конечно, воздушный корабль может облететь земной шар, но принесет ли он дивиденды? После того, как утихнет шумиха, будет ли достаточно пассажиров, чтобы такие полеты были выгодными?”

После кругосветного путешествия на Графе Цеппелине Леди Хэй стала настоящей звездой, и ее успешная карьера журналистки была предопределена на последующее десятилетие.


Продолжение Часть 2 ,  Часть 3 ,  Часть 4


UPD. Удалось уточнить даты и возраст
Леди Хэй Драммонд–Хэй
(1сентября 1895 - 12 февраля 1946)
Замужество 1920-1926

Drummond-Hay | Robert Hay | 1846-1926 | Sir | Knight Diplomat

Это значит, что 74-х летний сэр Роберт взял в жены 25-летнюю Грейс Маргарет Летбридж
Tags: Женщина в мире, Журналистика, История транспорта, Леди Грейс Драммонд -Хэй
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments