?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Когда началась война, Эвелине было уже 47 лет.

Чтобы быть максимально полезной,
Эвелина организовала
Женский вспомогательный корпус -
организацию, которая занималась подготовкой женщин-врачей, медсестер и посыльных на мотоциклах.

В 1915 году Эвелина поступила на службу в
Шотландский женский госпиталь ,
созданный и возглавляемый хирургом из Шотландии Элси Инглис.


<-- Эвелина Хаверфилд (в середине).




Элси (Элзи) Инглис родилась в обеспеченной семье, что дало ей возможность получить хорошее домашнее образование, а затем закончить медицинский колледж в Эдинбурге, а затем - факультет хирургии в Глазго. Элси не только стала женщиной- хирургом, но и открыла женскую больницу для бедных, где могли работать женщины-врачи.

Элси , считала, что женщина должна работать, чтобы чувствовать себя способной позаботиться о себе и детях. Чтобы иметь возможность зарабатывать на жизнь, женщина должна учиться. Чтобы женщина могла зарабатывать, для нее нужно создавать рабочие места. С такими мыслями и планами неудивительно, что  Элси пришла в суфражизм.

Она стала разъезжать по всей Шотландии, агитируя женщин создавать женские организации и объединяться, вскоре, благодаря ее усилиям, в Шотландии появилась Федерация суфражистских организаций, а Элси стала одной из ее лидеров.

Когда началась война, Элси , как и все суфражистки, хотела стать полезной своей стране, потому она предложила правительству организовать Военный женский госпиталь, на это ей ответили: "Дорогая, идите домой...".

Тогда Шотландская Федерация суфражисток  самостоятельно собрала средства для организации такого госпиталя, в таком госпитале абсолютно все работы ( даже водители скорой помощи) были женщины.
Подразделения шотладских сестер милосердия были направлены туда, где больше всего нуждались в медицинской помощи -во Францию, Сербию и Россию.



Подразделение, в котором были Элси Инглис и Эвелина Хаверфилд, отправилось в Сербию, там в медицинской помощи нуждались не только военные, но и мирное население.

Эвелина была назначена Администратором, ей поручили заниматься организационной работой госпиталя. Она отвечала за размещение медперсонала, транспортировку людей и грузов, снабжение госпиталя всем необходимым от продуктов питания до медицинских препаратов и запасных частей для ремонта автомобилей.


Когда был наведен порядок в первом подразделении госпиталя, Эвелину направили на организацию другого подразделения. Эвелина прибыла в Сербию в начале мая, а в сентябре началось наступление. Австро-германские войска, подкрепленные болгарскими частями, наступали по всему восточному фронту. Именно тогда Эвелина получила письмо с сообщением, что ее старший сын убит в боях в Месопотамии.


В октябре противник уже бомбил Белград, а его войска вторглись на сербские земли , поток беженцев, опережая отход сербской армии, хлынул на юг и запад. Вместе с ними пришлось отходить и подразделениям шотландского госпиталя.

Эвелине и ее команде пришлось собрать все необходимые вещи – одеяла, постельные принадлежности, перевязочные материалы, медикаменты и организовать спешную эвакуацию в Крушеватц, маленький городок на юге. Там, имея минимум ресурсов, им опять удалось развернуть походный госпиталь.  





В Крушеватце у сербов был госпиталь, в котором работал небольшой сербский персонал во главе с директором-сербом.
Здание состояло из двух этажей, грязных и неосвещенных, туда поместили матрасы, на них – больных и раненых. Вместительность такого госпиталя было на 150 человек, но раненые все прибывали и прибывали, в результате в госпитале удалось разместить вчетверо больше. Большая часть сестер милосердия продолжала отходить вместе с частями сербской армии, они смогли выбраться из страны до ее оккупации. Однако два подразделения из 34 женщин решили остаться, потому что кто-то должен был позаботиться о раненых в госпитале. Среди этих женщин была и Эвелина.

"Если бы только Вы видели лицо полковника Гентича, когда я сказала, что мы не уйдем, и они могут на нас рассчитывать..." - вспоминала Элcи Инглис

Вспоминает Эвелина Хаверфилд:

"В этом госпитале в Крушеватце Элси распорядилась организовать ванную для больных и раненых.
В госпитале не было ни малейшего свободного места, чтобы организовать ванную комнату, не было даже  лейки, только испорченный насос в 150 ярдах от здания в болоте и грязи. Не было дров, чтобы греть воду.
Я созналась, что я не смогу это обеспечить. Тогда Элси взяла это на себя.
В конце концов, у нас появилось регулярное горячее водоснабжение, и ванные, в которых помещались раненные и ослабленные люди, отделенные друг от друга занавесками.
С тех пор мытье стало регулярным и обязательным"


Госпиталь подвергался немецкому обстрелу, но сестры продолжали бесстрашно работать. Эвелина вспоминала впоследствии : однажды она и Элси Инглис оказались под обстрелом, снаряды рвались совсем рядом и Элси, глядя на Эвелину, с спокойной улыбкой на лице, сказала : "Эва, мы получаем неплохой опыт, неправда ли?".
Они обе мечтали быть в центре мировых событий, и они добились этого.

В ноябре 1915 года австро-немецкие части заняли город, они привели с собой пленных, среди которых были раненые и много тифозных больных. Обеспокоенное распространением тифа, намецкое командование разрешило госпиталю работать, раненых и больных разместили в шотландском госпитале, а остальных пленных разместили в лагере рядом с госпиталем под открытым небом. Погода уже стояла вполне зимняя, а пленные не имели укрытий, и кормили их лишь раз в день. Люди начали болеть, они кашляли и стонали. Сестрам разрешено было приходить в лагерь и забирать тифозных.

"Эти месяцы в Крушеватце были временем горя и счастья. Трудно сказать, из чего состояло это счастье - была ли страна, в которой мы несли свою службу, настолько красивой, или мы восхищались контрастом между красотой и страданиями. Мы находились в необычном возбуждении, потому что мы помогали благодарным, терпеливым людям, которых возглавлял удивительный человек, преданный своей стране, добросовестно выполнявший свою, казалось невыполнимую, работу - наведение порядка во всеобщем хаосе. Тем не менее, несчастья сербов, физические страдания  замерзающих и голодных узников, обдавали холодом наши души."

По ночам были слышны стоны, доносившиеся из лагеря, и сестры закрывали головы одеялом, чтобы приглушить этот звук. Эвелина ночью шла в лагерь и наиболее слабых приводила в госпиталь.

У них не было известий о делах на фронте, но они твердо решили не верить ни одному слову немецких сообщений. Они не могли допустить мысли, что Сербию принесут в жертву. Они убеждали себя, что неудачи в Сербии - это замысел союзнического командования, что в это время основной удар направляется в другом месте фронта, что нужно чуть-чуть подождать, и союзники вернутся.

Все сестры жили в одной комнате госпиталя. Однажды ночью возникла паника, кто-то принес известие, что союзники будут бомбить госпиталь, и нужно спасаться. Началась паника, доктор Инглис, не отрывая голову от подуши , сказала: "Каждый может поступить так, как ему нравится. Я никуда не пойду, я слишком устала, к тому же кровать -довольно удобное место, чтобы умереть." После этого все успокоились, легли в свои кровати и проспали до утра. Бомбить госпиталь никто не прилетел.

Немцы не заботились о снабжении госпиталя продуктами, это – была проблема госпиталя.

Вспоминает шотландская сестра:

"Каждый день Элси и Эвелина, а также  другие свободные от работы сестры с пустыми корзинками и мешками за плечами проходили километры, обходя окрестные деревни вокруг Крушеватца. После нескольких часов такого обхода по узким и грязным тропинкам, они возвращались, нагруженные капустой, картошкой и другими овощами, которые отрывали от себя сердобольные крестьяне. В карманах они несли яйца и яблоки. Несмотря на усталость , на их лицах была радость и удовлетворение от того, что они смогли что-то сделать для своих сербских братьев. Я всегда восхищалась этими женщинами. Никогда не забуду их распоряжения:"Ни один из пациентов не должен остаться без яйца в день, неважно, сколько мы пройдем в его поисках".

Эвелина не только доставала продукты для раненых и больных, но ей удавалось передать некоторую их  часть в лагерь. Местное население, зная, что сестры выхаживают сербских солдат, всячески им помогало, крестьяне припрятывали скудные продукты, делились с сестрами. Тем не менее, госпиталь находился на полуголодном существовании, при этом сестры старались отдать большую часть продуктов нуждающимся, обрекая себя на голод.


По мере выздоровления пациенты госпиталя отсылались в лагерь, количество раненых и больных, требовавших ухода, уменьшилось, у сестер стало меньше работы. Тогда у них появилась возможность ходить по домам и оказывать помощь населению. Вместе с другими ходила и Эвелина, эту красивую, всегда улыбающуюся, спокойную женщину сербы просто боготворили.

Вскоре большая часть персонала, благодаря переговорам Красного Креста, смогла вернуться на родину, однако 14 из них оставались до последнего, среди них была Эвелина.

В январе 1916 года прошли слухи, что оставшихся сестер интернируют, это могло означать многолетнее заключение в лагере.Трое из этих женщин решили сделать все, чтобы избежать интернирования, остаться и нелегально продолжать оказывать помощь местному населению до освобождения союзниками. Одной из этих женщин, конечно, была Эвелина. Для этого они планировали спрятать медикаменты, сделать запас провизии и нанять какой-нибудь заброшенный и отдаленный дом, где они могли бы работать , не рискуя быть обнаруженными.

Но планам было не суждено сбыться .Однажды поздним февральским вечером им не дали даже собраться, погрузили в поезд, доставили в Белград, затем – в Вену, там в американском посольстве состоялась их передача союзникам.
Все они после десятимесячного пребывания в Сербии нуждались в восстановлении сил, всегда крепкая и бодрая Эвелина выглядела сильно изможденной и больной.



После освобождения: стоят Эвелина (четвертая слева) и Элcи (пятая)

Однако, отдых длился недолго, немного поправившись, Эвелина начала организовывать фонд помощи сербам.
А в августе 1916 года доктор Инглиc уже формировала новый состав госпиталя для поддержки сербских частей, собиравшихся воевать на русском фронте в Румынии.




Доктор Элcи Инглис перед отъездом в Россию
Продолжение следует

Comments

( 8 comments — Leave a comment )
veldandi
May. 18th, 2012 11:50 am (UTC)
Какая у них кошмарная мешковатая форма...
А шляпы, по-моему, вообще ужасные.
djak_krjakutny
May. 18th, 2012 03:44 pm (UTC)
Мода такая была.
Стиль эпохи.
mascotik
May. 18th, 2012 04:18 pm (UTC)
"Запомни сразу и на века:
в любом сраженье важны детали!
когда ты видишь костюм врага,
он не притален. А наш - притален!"

Серебряная калоша
ljwanderer
May. 18th, 2012 04:49 pm (UTC)
Спасибо, за наводку, не видела и не слышала.

Прелестно :)

Оставлю здесь себе на память :)





Edited at 2012-05-18 04:52 pm (UTC)
maryxmas
May. 18th, 2012 09:01 pm (UTC)
чудесно :)
mascotik
May. 18th, 2012 10:48 pm (UTC)
Вам спасибо. Чудесные истории о чудесных женщинах.
ljwanderer
May. 18th, 2012 04:47 pm (UTC)
Недавно читала о том, как женщина -полковник вспоминала свою службу в американской авиации во времена Вьетнамской войны. Жалуясь, что их не пускали на боевые вылеты, она говорила: "Представляете, всю службу нам пришлось ходить в юбках!!!" :)
maryxmas
May. 18th, 2012 09:01 pm (UTC)
замечательные женщины.
( 8 comments — Leave a comment )

Profile

Crystal Ball
ljwanderer
Елена

Latest Month

June 2018
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow