?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Мэрион Пост Уолкотт


Вообще-то, не удивительно, что американский феминизм так агрессивен. Героиню моего сегодняшнего рассказа коллеги-мужчины пытались выкинуть из профессии фоторепортера довольно необычным способом. Они мочились в ее проявочный раствор и бросали бычки сигарет в лотки с фотографиями. Но это лишь закалило ее характер и научило работать профессионально в условиях постоянного стресса.



Мэрион Пост родилась в 1910 году в штате Нью-Джерси, промышленно развитом  районе Америке, а потому она уже в детстве познакомилась  с  социальными и экономическими проблемами, которые переживали обитатели этой перенаселенной территории. Она многое переняла от своей матери, идеалистки, которая отстаивала расовое равенство, права профсоюзов и склонялась к поддержке левых партий.

Нэнси Пост открыто высказывала свое мнение по  любому поводу, от отношения к большевизму до оценки современного искусства, что приводило в шок знакомых и соседей, которые так же, как и ее муж считали ее слишком эксцентричной. Доктор Вальтер Пост был уважаемым врачом –гомеопатом, сторонником консервативных взглядов, не удивительно, что супружество таких  разных людей не могло длиться долго. Терпение доктор Поста закончилось, и он развелся с  супругой, забрав себе старшую из дочерей, Элен. Нэнси осталась с младшей, тринадцатилетней Мэрион.

Развод в то время был скандалом, ситуация усугубилась еще и тем, что Нэнси отказалась от  финансовой поддержки мужа, что дало ей полную самостоятельность, но принесло потерю прежних друзей.
Имея образование медсестры, Нэнси Пост стала работать у другой особы, имеющей скандальную известность, Маргарет Сэнгер.


Маргарет Сэнгер выступала против абортов, совершаемых в домашних условиях, и предлагала в качестве альтернативы регулировать  рождаемость, используя методы контрацепции.   Сэнгер считала, что, так как женщины стали занимать равное положение в обществе с мужчинами, они в состоянии сами принимать решение о рождении детей.

Нэнси Пост поручили организацию женских клиник по регулированию рождаемости по всей стране. Она ездила в отдаленные районы одна, на своей маленькой машине, знакомилась с местным населением, с пасторами, влиятельными людьми в округе, пропагандировала контрацерцию и вовлекала в это дело новых людей.

“Я восхищалась ею не потому, что она была моей матерью, я восхищалась ее смелостью, беззаветной преданности делу, ее способностью сопереживать”, - вспоминала Мэрион.

В доме матери собиралось интересное и очень свободное общество поэтов, художников, актеров, музыкантов.  Общение с ними подтолкнуло  Мэрион искать самовыражение в искусстве. Сначала это было обучение танцу, ради этого в 1930 году она приехала в Германию, однако, обучение танцу  оказалось для нее физически утомительным, и она вернулась домой.

Чтобы зарабатывать на жизнь  самостоятельно Мэрион стала учительницей. Ее ученики – выходцы из семей, представляющих разные классы общества, от заводских рабочих до среднего класса, в школе Мэрион столкнулась с проявлением классового неравенства. Однако,  вскоре школа и вовсе закрылась в связи с  депрессией.

Тогда Мэрион поехала в Вену, где уже училась ее сестра, там в университете она стала изучать основы детской психологии.


Man Selling Fruit, Vienna. 1932. Edith Tudor Hart


В Вене в 1932 году политическая обстановка все более накалялась. Забастовки и демонстрации сотрясали страну, бастующие рабочие  сражались с фашистами, фашисты взрывали здания, где располагались социалисты, университет находился в самой гуще этих событий, и студенты активно участвовали в политических акциях.



Unemployed Workers' Demonstration, Vienna 1932. Photo: Edith Tudor Hart


Одним из методов политической агитации была признана фотография. Ежедневно множество европейских газет рассказывали своим читателям о событиях дня , публикуя  фотографии. О рабочем движении рассказывали фотографы, они не просто фиксировали  людей, они обращали внимание на силу народных масс, их роль в современной жизни. Они делали фотографии на улицах, на рабочих местах и на рабочих собраниях.

В Европе Мэрион не только получила политический опыт , но и научилась работать с фотокамерой. Фотографией занималась сестра Элен, ее подруга одолжила Мэрион фотокамеру. То, что сняла Мэрион, оказалось “совсем неплохо”, ее похвалили за “хороший глаз”, и это ее воодушевило. Теперь Мэрион брала уроки фотографии, училась не только делать снимки, но и самостоятельно проявлять пленку, печатать фотографии.

Однако уже в 1934 году в Вене жить стало опасно, Мэрион наблюдала безнаказанные выходки молодых фашистов, фашистские демонстрации,  к тому же, из дома перестали  присылать деньги, ей выслали  только обратный билет. После некоторого раздумья Мэрион приняла  решение вернуться домой.

В Америке в это время -  безработица, множество учителей-мужчин не могут найти работу, что уж говорить о женщинах. Однако, ей удается найти место учительницы. Какое-то время она преподает, посвящая свое свободное время фотографии. Делая снимки своих учеников, она с удивлением обнаружила, что родители с охотой их у нее покупают, что стало дополнением к заработку и дало возможность покупать химреактивы.

Она вступила в нью-йоркскую Фото Лигу и стала посещать устраиваемые Лигой лекции для фотографов. Лига призывала отражать жизнь простых американцев и учила, мастерству. Там Мэрион познакомилась с уже знаменитым фотографами  и кинодокументалистами Ральфом Стейнером и Полом Стрендом, которые пригласили ее в круг молодых фотографов, которые собирались в доме Стейнера. Круг ее знакомых расширялся, актеры нового нью-йоркского театра стали первыми героями ее фоторасказа, который был напечатан в театральном журнале “Stage magazine”.

Steiner filming The City
Ralph Steiner at the camera for "The City."

Strand filming in 1935

Strand filming The Wave in 1935.


В 1936 году Мэрион решает бросить учительство, переехать в Нью-Йорк  и попробовать зарабатывать на жизнь фотографией.

Мэрион стала фрилансером, предлагая свои фотографии в газеты и журналы. Она снимала людей на улицах, рабочих, шахтеров, предлагая свои рассказы в Stage Magazine, Building America, в женские журналы Vogue и Woman Today.

В 1937 году Стейнер и Стренд пригласили Мэрион поработать в своей группе, которая занималась документальным кино. Мэрион делала для них фотоснимки, у них она училась мастерству, впитывала идеи необходимости социальных преобразований. Она продолжала работать и самостоятельно один такой репортаж о последствиях наводнения в штате Теннеси поместили в New York Times Magazine.

People of the Cumberland

Кадр из фильма Стейнера "People of the Cumberland" ,
в котором работала и Мэрион. 1937 год

Однако, фрилансерство не давало возможности нормального заработка, часто Мэрион приходилось есть лишь раз в день, во время свиданий. Она призналась Стенли, что ей не хватает денег,и поэтому, видимо придется ооставить фотографию и  вернуться в школую Тогда он нашел ей работу в вечерней газете Philadelphia Evening Bulletin.

Фактически, Мэрион была первой женщиной, нанятой в штат крупной газеты репортером. В редакции газеты она встретила бурное возмущение таким проникновением женщины в сугубо мужскую среду.

“ Десять фотографов мужчин , с которыми мне пришлось работать, стали  бросать окурки сигарет в мои лотки с фотографиями, сплевывали и мочились в проявочный раствор…до тех пор, пока я не стала работать быстрее них. В результате я взорвалась и сказала, что я все равно намерена здесь остаться, что мне нужно зарабатывать на жизнь, и я намерена это делать именно здесь. Я объяснила, что я могла бы им быть полезна, но за это я, в свою очередь,  ожидала от них помощи …Это сработало …вскоре каждый из них пытался предложить мне свое покровительство, защищая от коллег, живущих по волчьим законам… “

Все вроде бы уладилось, специально для нее нашли работу - она стала готовить материал для женской страницы  – рассказы о моде и событиях женского мира. Это было неинтересно, учитывая ее прошлую бурную жизнь в гуще политических событий, и все же, это была работа в штате, которую не всякой женщине удавалось получить.

Но вскоре Мэрион почувствовала, что она слишком долго тратит свою жизнь на загородные пикники и модные дефиле. Об этом она пожаловалась Стейнеру, и он направил ее к Рою Страйкеру, возглавлявшему Информационный отдел Администрации по защите фермерских хозяйств при правительстве США (Farm Security Administration - FSA).


Roy Stryker

Администрация (FSA) была создана в  1935 году для переселения фермеров из истощенных районов на новые земли, а затем стала оказывать  помощь обездоленному населению отдаленных округов.
Администрация выкупала земли  у обнищавших фермеров и предоставляла им возможность переселиться группой на крупные, организованные  правительством фермы, где им предоставлялась современная сельскохозяйственная техника и консультации экспертов. Этому противились крупные фермеры, опасаясь лишиться дешевой рабочей силы и предвидя ужесточение конкуренции, они называли проект социалистическим, а программу - коллективизацией.

Информационный отдел Управления занимался освещением бедственного положения населения во время депрессии. Лозунгом фотожурналистов, работавших на FSA, был “не информировать, но мотивировать”, они должны были подтолкнуть правительство протянуть руку помощи своим гражданам.
Фоторассказы печатались в журналах, вызывая сочувствие и формируя общественное мнение, которое оправдывало трату бюджетных денег на программы помощи.

В 1938 году Мэрион, заручившись рекомендациями двух знаменитых фотографов, Стренда и Стейнера, направилась в Вашингтон, где ее немедленно зачислили в штат.

Из письма Страйкера-Марион:
“Вы начнете с 2.300 долларов в год, 5 долларов в день – командировочные …Если Вы поедете на своей машине, Вам оплатят 4,5 цента за милю… Мы обеспечим Вас пленкой, фотовспышкой и некоторым оборудованием…”

Так началась работа Мэрион на правительство. Она стала частью группы знаменитых  фотографов, работавших на FSA, таких как Доротея Ланж, Уокер Эванс, Рассел Ли, Артур Ротштейн. Их предельно честные репортажи должны были показать обществу необходимость социальных перемен.




Coal Miner and Child. W.Va., 1938



Coal Miner's Children on bed (Post Toasties Wallpaper). Charleston, W.Va., 1938

“Мы все были воодушевлены этой идеей, возможностью изменений, попыткой объяснить людям, что происходит, в каком состоянии находится страна. Мы пытались показать это графически, чтобы люди смотрели на фотографии, если они не читают. Мы верили, что эти фотографии повлияют на них, что люди изменят свое мнение, ведь они понятия не имели, что треть нации находится в ужасном состоянии, недоедает и все такое…

Многие не понимали, многие , кто выступал против, были совсем не бедными людьми. Владельцы плантаций не хотели, чтобы их дешевая рабочая сила попала под чье-либо влияние. Они, и многие представители высшего класса, были против Администрации (FSA) и ее программ. Они не хотели никаких перемен и были против того, чтобы фотографы делали снимки кого-либо из их семьи, что-либо из их имущества, а они считали рабочую силу своей собственностью. ”
( Из интервью Мэрион в передаче Today Show, "Woman to Woman," with Pat Mitchell, May 13, 1988. )



Miner (Russian), Caples, West Virginia
Мэрион стала ездить по стране, делая снимки и сопровождая их краткими рассказами.

Рой Страйкер предупреждал Мэрион об опасностях, которые поджидают фотографа в пути, одинокой женщине путешествовать трудно, особенно тяжело приходится незамужней белой женщине на юге страны.
Но в то же время Страйкер был уверен, что именно женщина сможет выполнить сложное задание, проникнуть туда, куда не пускают государственных служащих, разговорить тех, кто не желает разговаривать с чужаками.

Страйкер патерналистки относился ко всем работавшим на него женщинам-фотографам, но с Мэрион был особый случай. Все остальные женщины отправлялись в командировку в сопровождении кого-либо ( Доротея Ланж ездила с мужем, знаменитым экономистом Полом Тейлором, Бурк-Уайт – с мужем –писателем. Ульман – с сыном).
Мэрион Пост путешествовала одна, что было недопустимо для порядочной женщины с консервативной точки зрения.


Coal Miner's Child Carrying Home Kerosene, to be used in Oil Lamps. Scott's Run, W.Va., 1939




Coal miner and his family on their back porch, Bertha Hill, West Virginia, 1938



Coal miner's wife and child, Mohegan, West Virginia, 1938




The mother, wife and child of an unemployed coal miner. The wife is suffering from T.B. 1938




Coal miner's wife carrying home water from the hill, Bertha Hill, West Virginia, 1938




Coal miners' card game on the porch, Chaplin, West Virginia, 1938


Coal miner’s child, holding a pipe in one hand and a gun in the other, uses the “cat hole,” Bertha Hill, West Virginia, September 1938






Mr. R.B. Whitley Visiting his General Store. 1939



He is president of the bank and practically owns and runs the town.
He is a big landowner, owns Whitley-Davis farm and a cotton mill in Clayton.
He said he cut down the trees and pulled up the stumps out of the main street,
and was the first man in that town of Wendell. Wake County, North Carolina

Из письма Мэрион - Рою Страйкеру
Я трачу много времени, но оно стоит того. Я говорю с людьми, выслушиваю их. Возвращаюсь, чтобы уговорить их сняться, или возвращаюсь, когда того, кто был против, нет дома, или когда подходящее освещение.

Некоторые говорят мне, что не понимают, почему я разъезжаю по дорогам одна в этой части страны. Одна пара подумала, что я – цыганка, возможно, другие тоже так думают, потому что мои волосы длинные и густые, я закрываю их платком, на мне яркое платье и пальто, все это я уже исправила, но похоже, не очень помогло. Мои вещи в машине говорят о том же самом.    Letter to RS December 23 1938

Рой -Мэрион:
Я рад, что Вы поняли, что в глуши Юга полагаться на женственность невозможно. Яркие шарфы и платья и другие женские  штучки не могут быть обмундированием фотографа. Чем ближе Вы будете к тому типу женщины, который признает нормальным отсталый Юг, тем у Вас больше шансов приблизиться к цели, как фотографу…Скажу больше, брюки – не входят к комплект женской одежды для этой отсталой местности. Вы – женщина, а “женщина не может стать мужчиной”.

Мэрион –  Рою
Я не пользуюсь своей женственностью!..Мои слаксы – темносинего цвета, старые и грязные, и даже не в обтяжку. – ОК?  Что касается ношения брюк женщинами, то женщины фотографы могут показаться еще более подозрительными, если будут прятать массу необходимых вещей и фотопленок, которые им приходится носить с собой, в нагрудных карманах блузок или за пазухой.”


Страйкер никогда не знал, как себя вести с этой откровенной и прямолинейной молодой женщиной. Но ему нравилась ее работа, а ее снимки принимались и публикой, и мастистыми фотографами.

Picketing copper miners on strike waiting for the "scabs" (strikebreakers) to come out of the mine. Ducktown, Tennessee, 1939

А работать на Юге было не так просто. После того, как там побывала Маргарет Бурк-Уайт.

Во время Великой депрессии Юг Америки был позабыт и заброшен, все были заняты безработицей в городах и не заметили, как целые сельскохозяйственные районы погрузились в нищету и голод.

Американский писатель, Эрскин Кодуэлл, уроженец Юга, нанял Маргарет Бурк-Уайт в качестве фотографа для создания фотокниги с правдивым рассказом об этой части страны. Маргарет сделала фотографии, а Эрскин снабдил их текстом, они вместе сделали подписи под фотографиями.









Книга “You Have Seen Their Faces” произвела эффект разорвавшейся бомбы, авторов обвиняли в том, что они собрали всех нищих и убогих Юга, не показав положительных сторон, что они намеренно заострили проблемы и вызвали потрясение у читателей. Однако, авторы показали то, что не хотели знать американцы – эти нищие – тоже часть их страны, они – тоже американцы.



Margaret Bourke-White - "You Have seen their Faces" from Life in the Okefenokee Swamp




Мэрион пыталась фотографировать не только нищих и убогих, она настаивала на том, что контрастный рассказ о богатых и бедных будет более доходчивым до тех, кто еще безразличен к тому, что происходит в стране.

“Несколько раз, когда я парковала свою машину на обочине дороги, чтобы сделать снимки где-то поблизости, появлялся полицейский или даже военнослужащий, он наблюдал за мной, потом подходил, осматривал камеру, обыскивал машин, проверял  мои документы, устраивал допрос. Не раз мне приходилось наведываться к шерифу, где я проходила через те же процедуры. Хуже всего то, что это убивает мое время, им нечем заняться, им и не хочется работать в такую жару, и им кажется, что те, кто работают, каким-то образом, ненормальные. “

“Я бы хотела, чтобы Вы побыли со мною, хотя бы часть дня, разыскивая что-нибудь с КАРМАНАМИ. Согласитесь, что каждому фотографу нужны карманы – очень нужны! И фотограф-женщина смотрится подозрительно и странно с множеством пленок, кассет, синхронизаторов, которые наполняют ее нагрудные карманы в блузке, и что слишком много фильтров, удерживаемых зубами, не дают возможности задавать вопросы. Это желаемый мною предмет одежды с карманами должен быть еще и теплый, пригодный для стирки, не очень темный , и не слишком яркий. Попробуйте его найти! " ( Letter to Stryker Summer 1938 - near Homestead and Belleglade, Florida)

"Вождение автомашины ночью , определенно, не очень хорошая идея для одинокой девушки на Юге . А Вы знаете, что я – не неженка… Все закрывается, включая и бензоколонки, все ложатся спать, те, кто не спят, бродяги…Если что-то пошло не так, тебе не повезло, никто не понимает одинокую девушку, очутившуюся на дороги  среди ночи…Дороги ужасны, часто приходится возвращаться, чтобы найти другой путь, или идти пешком через навозное поле, потому что машине не пройти. "   ( Letter to RS, July 1939)

"Я тут билась с моей проклятой машиной…Дважды застревала в реке…Погнулась задняя ось, одна шина совершенно изношена… ".( Ltr. to RS 5-21-39)

"После поездки во Флориду  в милую июньскую жару я подумала, что смогу выдержать еще одну фотосессию в лагере мигрантов с декабря по январь…не очень по этому поводу расстраиваюсь…Думаю, после Луизианы я уже сыта по горло “старым добрым Югом”.Иногда(!) у меня появляется подозрение, что я уже сыта.
"


Migrant agricultural workers waiting in line behind truck in the field, for a day's work. Near Belle Glade, Florida, 1939




Работать приходилось в тяжелейших условиях, так как она была одна, ей не на кого было надеяться, когда она уставала, заболевала, попадала в аварию. Ей приходилось беречь камеру от пыли и грязи, укутывая ее в тряпки, или согревать бутылками с горячей водой, чтобы предотвратить замерзание затвора, подписывать негативы в хрупких номерах  сомнительных отелей, в то время как в них пытались вломиться непрошенные ночные гости.

Она общалась  с социальными работниками, которые считали, что она вторгается на их территорию и пытались направить ее на фиксирование успехов, а не выявление проблем. Она  терпела подозрительность бдительных полицейских, пыталась выживать в условиях , где были  атакующие клещи и  москиты, грязь, жара и  постоянная сырость. Удивительно, но она не падала духом, и пыталась дать надежду обездоленным.

Она собирала фасоль с героями своих фоторассказов, меняла их детям пеленки, умывала их лица. А они в ответ допускали ее в свою жизнь, делились своими бедами в надежде, что эта молодая леди, приехавшая издалека,  может, хотя бы чуть-чуть ,изменить их жизнь.

“Сообщите мне, если найдете грязь на негативах. Это ужасная борьба – не допустить проникновения этой черной  грязи в объектив и на пленку. Я все закрываю, упаковываю, сметаю щеточкой и очищаю по несколько раз в день, и даже ночью.
К тому времени, когда заправила пленку в камеру, вычистила машину,  вытрясла свою одежду, отстирала нижнее белье, оттерла  навоз с ушей, волос, носа, шеи, рук и ног – у меня все зудит от него – у меня совсем не остается времени на чтение! “  (  Letter to RS, January 1939)


С января по февраль 1939 года Мэрион делает снимки в лагерях мигрантов во Флориде. Эта была одна из трех совершенных во Флориду поездок. Он должна была убедиться в успехе программ FSA. Для мигрантов были оборудованы лагеря, однако, до вмешательства FSA условия проживания в них были ужасными. Среди множества заболеваний, самыми  распространенными были венерические. Мэрион обнаружила, что FSA лишь минимально улучшила жизнь мигрантов, большинство лагерей продолжало находиться в антисанитарных условиях, что и подтверждали ее фотографии – в жилищах не было воды, света, туалетов.



Child in doorway of shack of migrant pickers and packing house workers, near Belle Glade, Florida, 1939



Oldest Child Fixing Supper. Homestead, Florida 1939




Migrant Laborer's children. Mother was thirty-two years old, had eleven children. Two sets of twins, six are now living. She and her husband lost jobs in packing house because they cut down in help or closed after the "freeze-out."
Belleglade, Florida 1939.





Migrant family from Missouri camping out in cane brush. One woman said, "We ain't never lived like hogs before, but we sure does now." Canal Point, Florida, 1939




Behind the homemade plow in the school garden, Gees Bend, Alabama, 1939



Canal Point (vicinity), Florida, migrant laborer's family, 1939



Standing in Line to be Paid: Migrant Vegetable Pickers. Belgrade, Florida, 1939

В получасе езды от лагеря мигрантов расположился Майами Бич, где проводили время богачи. Мэрион сделала остановку, чтобы сделать снимки о жизни привилегированного класса.
”Я подумала, это –здорово! Почему бы не использовать этот материал для контраста”.

Никому из фотографов FSA не приходило раньше это в голову, так появилось документальное свидетельство о том, что избранные группы  населения не были задеты Великой Депрессией.

"Что за страна! Это – не потрясающее наблюдение, но я продолжаю поражаться, шокироваться, изумляться, независимо от того, что я этого уже ожидала." (Letter to RS, January 1939)


A Meal on the Sidewalk at the Beach (Hialeah Park, Florida, 1939)






Brunch in Private Beach Club. Miami, Florida. 1939



Man Reading LIFE un Trailer Park. Sarasota, Florida, 1939


Negro going in colored entrance of movie house on Saturday afternoon, Belzoni, Mississippi Delta, Mississippi, 1939




Backyard of Negro tenant's home, Marcella Plantation, Mileston, Miss. Delta 1939


"Я намерена надеть темные очки и повесить на спине и груди табличку “тиф”, чтобы больше никто не отважился ко мне подходить. Ведь это понятно, что человек работает, тем не менее , всегда находится куча парней, желающих научить тебя фотографировать, объяснить устройство моей или его фотокамеры, или они убеждены, что обладают ценной для меня информацией о стране. "   (Letter to RS February 24 1939 )




Spectators at Horse Races. Hialeah Park, Fla., 1940



Sulky Races, Shelbyville County Fair, Kentucky, 1940




Judge of the Horse Races. Warrenton, Virginia 1940



At the Horse Races. Miami, Florida. 1940

"Я была в West Carroll Parish, LA, делала рассказ о семье, с которой работают уже пять лет по программе реабилитации. Бедняги, для того , чтобы осветить это событие им прислали целых ПЯТЬ инспекторов…Я сцепилась с одной из инспекторов. От этого на ужасно разозлилась и раскраснелась ."

"Боже мой! Опять дождь! Вчера я попала в грозу , точнее, маленький ураган, ветер и дождь так бушевали, что повалили все телефонные столбы на дороге, она лежали поваленные друг за другом в линию, как ракеты…А теперь, говорят, что будет наводнение, ну что ж, нужно же мне как-то мыть ноги… " ( Letter to RS, July 1940)

"К половине четвертого света уже было мало, а миссис Д., действительно, замечательная женщина, но у нее нет понятия времени, она должна была занималась важными делами…Меня заверили, что уж завтра я точно смогу выйти одна и сделать много фотографий мест, которые меня заинтересовали. Назавтра я проснулась – идет дождь!"

"За короткий срок, проведенный в этой болотистой местности, я нашла людей слишком подозрительными и совершенно недружелюбными. Было практически невозможно что-то с этим сделать, особенно из-за холодной погоды. Им слишком холодно и ветрено. Они входят в свои лачуги, разводят огонь , закрывают деревянные окна и двери, прикладывают к ним руки, ожидая, когда дерево нагреется."

"Меня недавно арестовали…Было очень смешно, потому что в городе было полно людей, это был День Труда, все кругом бурлило, меня с большой процессией привели в здание суда, все сгрудились, чтобы посмотреть мои бумаги, высказывая  доводы  по поводу шпионов, пятой колонны и тому подобного…"( Letter to RS 9-9-40)

“Множество людей, которые хотя бы говорят со мной, говорят одно и то же, что им не нравятся чужаки, которые приходят и беспокоят всех вокруг, потому что они, как правило, играют в грязные игры и приносят неудачу. “

"Завтра мне хотелось бы проснуться и сказать: “Сегодня я могу пойти туда, куда я хочу! Мне не нужно сообщать FSA и Страйкеру, где я нахожусь. Мне не нужно идти в Вестерн Юнион или на почту или торопиться на железнодорожный экспресс, мне не нужно чувствовать себя виноватой, потому что я не подготовила вовремя отчет…и я могу проспать все утро, прогулять всю ночь и не беспокоиться о том, как я буду себя чувствовать на другой день." После всего этого, скорее всего, я вскочу, схвачу свою камеру и пойду опять делать новые снимки…"  (Letter to RS, 10-2-40, Danville, VA)





Marion helping to Change Tire, Up Creek Road. Breathitt County, KY, 1940



On Assignment up South Fork of Kentucky River, Breathitt County,
MPW's Borrowed Car in Creek, Pulled up by Mule. Kentucky, September, 1940




Marion Post photographing mountain children on stone steps of their home.
Up Stinking Creek, Pine Mountain, Kentucky.1940





Children at Desks, One Room School House. Breathitt County, Kentucky, 1940


"Дело идет медленно, я продолжаю учиться обходиться с машиной в такой жуткий холод, я уже многое узнала о вождении по  обледенелым и заснеженным дорогам" ( Letter to RS 2-24-40, Woodstock, VT)

"Вы не шутили по поводу снежных бурь в Роккис (Rockies) в сентябре, но эта была особенно большая, сильная и холодная для этого времени года. Течения были особенно глубокими, а ветер и снег – просто ужасающие…меня откопали и вытащили из снега…В воскресенье начался снегопад, он продолжается и сегодня. По крайней мере, это сделало несколько призрачных городишек еще призрачнее.  Думаю, некоторые фотографии  из-за этого получились слегка театральными." ( Letter to RS Colorado, 1941 )



After a Blizzard at Night, Woodstock, Vermont, 1940



Barnyard Blizzard. Woodstock, Vermont, 1940


Marion Post Wolcott with Rolleiflex and Speed Graphic in hand in Montgomery County, Maryland
Photo by Arthur Rothstein, 1940.






Brattleboro Mainstreet after Snowstorm. Brattleboro, Vermont, 1940


Marion Post. 1940




A store with live fish for sale, vicinity of Natchitoches, La. 1940





Shacks of Negro migratory workers, Belle Glade, Fla. 1941



Houses which have been condemned by the Board of Health but are still occupied by Negro migratory workers, Belle Glade, Fla. 1941



Picnic on the Running Board (Winter Visitors). Saratoga, Florida, 1941





Aspen Post Office in Blizzard. Aspen, Colorado, 1941

В апреле 1941 года она встретила человека, за которого ей захотелось выйти замуж. Ли Уолкотт был красивым и подающим надежды помощником секретаря по сельскому хозяйству при президенте Рузвельте. А еще он был вдовцом с двумя детьми.  Эта было очень сильное чувство, в июне они поженились.

“Это так страшно быть разделенным с тем, кого ты так сильно любишь, на долгое время и находиться от него на большом расстоянии, и читать в газетах о том, что мы приближаемся к мировой системе, которая может радикально, возможно трагически, изменить всю нашу жизнь…Иногда мне становится от этого страшно.”

Она хотела продолжать работать и в тоже время хотела растить его детей, отдавать себя семье и дому. В результате она приняла непростое решение бросить работу.

Она родила ему еще двоих детей, следовала за мужем, куда бы его не забросила работа,  и продолжала делать снимки. Она снимала в Западной Вирджинии, где у них была ферма, в Иране, Египте, Индии, Афганистане. Вырастив детей , а потом – внуков, она опять вернулась к активной публичной жизни, стала давать уроки фотографии, устраивать фотовыставки, вести работу фотографических обществ, сотрудничать с музеями и галереями.
Мэрион Пост Уолкотт покинула этот мир в 1990 году.






Marion Post Wolcott in Florida, 1985

Comments

( 11 comments — Leave a comment )
wlad11
Nov. 16th, 2013 01:28 am (UTC)
интересно
rbvekpros
Nov. 16th, 2013 03:55 am (UTC)
Спасибо за рассказ. Наверно, и в России могли быть такие женщины или могут быть... наверно, когда-нибудь будут... через поколение или два... Так подумалось
ljwanderer
Nov. 16th, 2013 06:55 am (UTC)
Интересно, что Вы имеете в виду.
Мне казалось, что в России - почти все такие женщины, самостоятельные и талантливые, но умеющие по необходимости выполнять сугубо женские функции, оставаясь в тени.

Еще мои соображения:
Если проводить сравнение во временных рамках, то в предвоенные годы в сталинской России советской женщине были предоставлены наибольшие возможности для самореализации, если судить по количеству женщин, занимавших высокие посты во власти, осваивающих типично мужские профессии, как например, капитанов дальнего плавания.
Если же судить о царском режиме, то условия были тоже другие , по сравнению со Штатами. По крайней мере, женщинам благородного положения мужчины не устраивали бойкотов, насколько мне известно. Я сравниваю рассказы женщин-медиков. В Англии и в Америке их не только изгоняли из университетов физически ( именно физически не пускали в стены университета братья студенты), но подвергали насмешкам и угрозам. Я описывала эпизод, когда женщина-студентка должна была уступать дорогу идущей толпе студентов, иначе ее сбивали с ног.
В это же время в России женщины-медики писали о том, что их вопреки ожиданиям студенты принимали вполне уважительно, а многие оказывали всяческую поддержку.
idealist_t
Nov. 16th, 2013 03:25 pm (UTC)
Этот Ваш пост произвёл на меня сильное впечатление. Даже не могу определить, что и почему я чувствую.
Фотографии замечательные, но это не из-за этого. Спишу тогда всё на погоду )
ljwanderer
Nov. 16th, 2013 03:40 pm (UTC)
Раз оправдываетесь погодой, то впечатление удручающее :)
Жаль, мне казалось, это- рассказ об оптимистичной женщине и людях, которые хотели социальных преобразований.
А родился он из предыдущего поста о шахтерах.
idealist_t
Nov. 16th, 2013 04:03 pm (UTC)
Нет. Не жалейте. Впечатление как раз положительное, хотя и это неточное определение.
ljwanderer
Nov. 16th, 2013 04:11 pm (UTC)
Погода-то - ужасная, депрессивная :)
idealist_t
Nov. 16th, 2013 04:17 pm (UTC)
Ну, надо пояснить :) Дело во мне. Вот пример. Подарили мне не очень давно весёлый фильм "День сурка". Я его не смотрел ранее и даже не знал о его существовании. Оказалось потом, что фильм очень даже известный.
Так вот, мне было жалко главного героя и совсем не смешно, над чем мы потом тоже посмеялись.
Вот и тут мне было жалко и главную героиню и людей, котрых она запечатлела. Вот как то так.
А от погоды я никогда не депрессирую. Я только от жары тупею и всё. :)
ljwanderer
Nov. 16th, 2013 06:32 pm (UTC)
А вот я депрессирую на отсутствие света, ноябрь-декабрь - самый пик, вот и потянуло на сентиментальные посты о добрых людях :)
"День сурка" не запомнила, хотя, вероятно, наталкивалась на него, когда включала телевизор...но я его давно не включаю, так что не могу даже сказать о своем отношении к этому фильму.
А чувство жалости к главной героине и другим людям могу понять, только, мне кажется, это не жалость, а сопереживание, и это- доброе чувство, немного грустное. Это не разрушает, а наоборот, подпитывает душу.
idealist_t
Nov. 16th, 2013 04:36 pm (UTC)
А вообще мир-то, как можно видеть, не улучшается.
ljwanderer
Nov. 16th, 2013 06:33 pm (UTC)
Боюсь, что мир деградирует, глобально
( 11 comments — Leave a comment )

Profile

Crystal Ball
ljwanderer
Елена

Latest Month

November 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow